Призвав на помощь все оставшиеся силы, Констанс ровно произнесла:

— Я очень рада за них. Тим язвительно заметил:

— Они стоят друг друга. Она тоже выскочка и стерва.

Его взгляд остановился на лице Джастин, которая в ту секунду рассмеялась, дотронувшись пальцем до губ Сиднея. И тут в глазах Карсона Констанс прочитала точно такую же боль, какую испытывала сейчас сама.

Значит, я не одинока, поняла она. Теперь она знала, почему неприязнь Тима к Сиднею превратилась в навязчивую идею. Тим любит Джастин.

Вслух Констанс сказала:

— Думаю, вы должны передо мной извиниться.

Карсон пристально посмотрел на нее, пытаясь понять, насколько серьезно она говорит.

— Как я понимаю, ваше начальство не всегда в курсе, что вы работаете сверхурочно, — сказала она.

— Всегда, — быстро ответил он. Констанс кивнула.

— Тем не менее я хочу со своей стороны сообщить об этом вашему начальству, к тому же меня интересует, что гласят о подобных случаях австралийские законы. Ведь я все еще гражданка этой страны.

Констанс с удовольствием отметила в свирепом взгляде Карсона злость и скрытую тревогу.

— Разумеется, — тихо продолжила она, — если бы у меня была уверенность, что добытая вами информация не будет распространяться, то я сумела бы забыть о вашем чрезмерном любопытстве. Если узнают о том, что мои родители были предателями, то это вряд ли повредит мне и моей работе, но мне не хотелось бы, чтобы об этом пошли разговоры.

Тим Карсон все понял. Он с большим достоинством сказал:

— Заверяю вас, что сохраню все в тайне, — Хорошо, — отозвалась Констанс, не веря ни единому его слову. Да, до поры до времени он будет молчать, но если у него появится хоть малейшая возможность использовать эти сведения во благо своей карьеры, он тут же не задумываясь сделает это с большим удовольствием. Что ж, тогда и посмотрим, что делать.

— Тогда и у меня нет нужды обращаться в соответствующие инстанции, — спокойно сказала она и заговорила на отвлеченную тему.

К ее счастью, Тим согласился сменить тему. Констанс не вполне помнила, о чем они тогда говорили. Присутствие рядом Сиднея с Джастин причиняло ей отчаянную боль.

Когда они с Тимом Карсоном выходили из ресторана, он предложил:

— Я отвезу вас домой.

— Спасибо, но в этом нет необходимости. Его лицо потемнело.

— Что это вы такая неприступная? — ехидно осведомился он. — Вы же позволяли Дрейку целовать себя почти сразу после знакомства.

Так вот почему он так уверен, что между ними что-то есть.

Хотя при мысли о том, что этот человек следил за ними, у нее внутри все сжалось:

— Как я понимаю, ваша шпионская деятельность не ограничивается перетряхиванием старых документов. Что ж, чтобы убедить вас, что я не шлюха, скажу вам следующее. Вы, без сомнения, уже выяснили, что несколько лет назад я любила английского дипломата.

— Да, — пробормотал Карсон. — И вы его бросили.

Ни за что она не станет поправлять его.

— Сидней немного напоминает его внешне, — четким голосом продолжила она. — Но я уже давно поняла, что тени прошлого не должны ложиться на будущее и незачем ворошить старое. И я, и Сидней быстро поняли, что все это только следствие моих воспоминаний. А теперь, если позволите, я поеду домой.

Кажется, Карсон поверил ей. Он сказал:

— Что ж, все понятно. Извините.

— Я принимаю ваши извинения, — натянуто ответила Констанс.

Вернувшись домой, она какое-то время просидела в своей маленькой гостиной в полной темноте.