— Большое спасибо, Мария, — улыбается блондинка княжне. — Кончено, я буду рада. Думаю, и мой кавалер не прочь познакомиться с княжескими детьми, — легонько берет она меня за локоть.

Мм, прикол. Вывернулась. А вообще на самом деле, конечно, польщен-польщен. Меня предпочли княжичам.

— Да, конечно, — не очень охотно отвечает Маша, взглянув на пальчики Светы на рукаве моего смокинга. — Как только их увидим, так и представлю моих знакомых.

Тут же раздается радостное со стороны дверей:

— Машенька! — к нам подходит Меньшикова Лиля под руку, видимо, со своим младшим братом. Просто парень не достает макушкой ей даже до уха, да и совсем молодо выглядит. Я даже сомневаюсь, достиг ли он порогового возраста для того, чтобы гулять по балам. Дети младше шестнадцати персоны нон-грата на светские вечера. Но для княжича, наверняка, сделают исключение. — О, и Данила здесь! Наслышаны-наслышаны о твоем участии в создании повода для сегодняшнего праздника! Кстати, это мой брат Гена Меньшиков.

— Геннадий, Лиля, — супится парниша и тут же с интересом смотрит на меня. — Вы, значит, тот самый телепат, что воскресил баронессу?

— Именно. Я, — отвечаю без скромности. Похоже, сегодня мне придется побыть в роли дивной зверюшки. Все будут смотреть на меня и тыкать пальцем. Ну да ладно. Потерпим. Кальмары того стоят. — А это моя спутница Светлана Соколова.

Лиля кивает блондинке и тут же щебечет:

— Вы же видели баронессу в ее новом…теле? Правда, это очень странно. Я бы назвала другим словом, но, сами понимаете, мы у нее в гостях.

— Я бы воздержалась от оценок, — угрюмо говорит Маша.

— А ты, Данила, знал, что так будет, когда взялся спасать баронессу? — Лиля задает провокационный вопрос, поиграв бровками.

— Мои мысли всё время были заняты спасением убитой женщины, княжич. Размышлениями о прочем некогда заниматься в такое время.

— Понимаю, — серьезно сообщает малыш Геннадий. — Я тоже не беспокоился о будущем, когда наш хомяк умирал от стрости. Я мог думать лишь о том, чтобы Мурзик не мучался.

Хм, это он шутит? Странные ассоциации у этого ребенка. И имя у хомяка, если уж на то пошло, не менее странное. А почему не Жучка? Ну да ладно.

Не только меня покоробила неуместность воспоминания о трагичной судьбе Мурзика. Лиля торопится заткнуть братца и переходит к последним светским сплетням. Маша подхватывает без восторга, лишь бы отойти в беседе от баронессы. А затем к нам подваливает еще народ. Урусов Михаил, Демидов Павел и еще несколько столичных дворян. Со всеми я уже общался на вечеринке у Маши. Поэтому сам представляю Свету ребятам. Кстати, блондинка больше всего смотрит с удивлением не на великосветских отпрысков, а на меня. Не надо быть телепатом, чтобы прочесть в ее глазах вопрос: «Даня, как ты можешь их всех знать⁈»

— А ты в курсе, Маш, что здесь будет Паскевич Дима? — задает вопрос Лопухина Настя.

Ох, черти рогатые. Еще этого доморощенного рабовладельца здесь не хватало.

— Теперь в курсе, — вздыхает княжна Морозова. — Надеюсь, у него хватило ума хотя бы не притаскивать сюда ту бедняжку-мулатку.