— Понятно, но я спрашивал про владельцев отряда, — уточняю. Мы-то к счастью обзавелись и полевыми аппаратами связи, и амуницией, и прочим всем необходимым.

— Ах, с этими, — отчим пожимает плечами. — Подам жалобу Великопермскому, а также напишу рапорт командованию. Пускай они решают. Думаю, тут может дойти даже до показательного расстрела. Халатность — статья серьезная.

Мощный попадос, конечно. Впрочем, за дело.

— А кому принадлежал отряд?

— Фиткиным каким-то, — бросает отчим и уходит к подчиненным раздавать распоряжения.

Эх, жалко Катю, но да ладно.

— Даня, можно тебя? — зовет меня сзади знакомый голос. Оборачиваюсь и точно — Катя Фиткина, легка на помине. Хотя все ученики уже уехали, в том числе мои друзья, эта барышня еще почему-то здесь.

— Да, конечно, — киваю. — Я думал, весь наш класс уже по домам разбрелся.

— Я жду водителя, что-то он задерживается, — вздыхает она и смущенно опускает взгляд. — Но это и хорошо, ведь ты тоже здесь, — девушка делает глубокий вдох. — Я хотела извиниться за все свои нападки на тебя. Мне также жаль, что я плохо поступала с Леной. А еще спасибо, Данила, что спас меня от бигуса.

— Пожалуйста, Катя, — отвечаю. — Береги себя.

— Хорошо, — улыбается она и отходит к подъехавшему водителю.

Не повезло девочке. Хотя, может, обойдется, и ее деда не расстреляют.

Гвардейцы наконец загружают последнюю тушу бигуса и уезжают на базу, туда же отправляется и грузовик с Легавыми. Я решил всех отпустить. Больше сегодня не буду охотиться, и так улов шикарный. Да и остальные «Юные русичи» тоже подустали, пускай больше психологически, но сам факт.

Поэтому налегке отправляюсь на ставку князя. Княжеский корпус раскинул лагерь в Южном Парке. Гвардейцы выстроили на лесной опушке палаточный город: оградили территорию свежеструганным забором, наставили внутри шатров, натаскали в них кроватей, — и готово. Правда, сам Великопермский предпочел палатке арендовать чей-то загородный домик, но он князь, ему можно.

У ворот меня встречает гвардеец как минимум ранга Мастера. Это я догадываюсь по объему энергии, которая циркулирует в его накопителе. Да-да, «включил» сознание сканера. Мне здесь всё интересно, поэтому буду везде соваться своим ментальным носом.

— Кто такие? — подходит гвардеец к «Рыси».

— Вещий Данила, — бросает ему Никитос, опустив окно. — На аудиенцию к княже.

Со своей стороны я тоже опускаю окно, чтобы гвардеец меня рассмотрел.

— Проезжайте, — кивает он, получив сообщение от кого-то по гарнитуре в ухе. Может быть даже, от сканера или телепата, который проверил, что в машине больше никого, кроме нас с Никитосом.

Мы останавливаемся на огороженной шлагбаумом открытой парковке. Там меня встречает еще один гвардеец с автоматом, который и провожает в кабинет к князю.

Великопермский оказывается гигантским усачом. Такой вот усатый великан. Мне даже захотелось «включить» рыжего здоровяка Дубного, чтобы сравнить их габариты, но пожалел энергию. Помимо князя, в кабинете также сидит бледный юноша. Парень явно нездоров и слаб, магический энергии в нем меньше, чем кал комара, но притом на нем мундир с отличительными знаками командира гвардии. Наверняка, один из сынков князя. Слышал, у него младший болен неким магическим отторжением.

— Ваше Сиятельство, — кланяюсь я, как подобает.

— Вот и свиделись наконец, Данила, — усмехается в усы Михаил Ермолаевич, раскинувшись в кресле.