— Камила — отдельный разговор. — Про Енеревых я ничего не собираюсь рассказывать. Это их тайна, и пускай, что сами они о ней ни сном, ни духом не не знают. — Какая вторая способность у Адии?

— Она может создавать водяные клоны живых существ, — отвечает Гриша растерянно. — И управлять ими как марионетками. Правда, пока выходят только маленькие клоны — с кулак.

— Водяные? В смысле из воды?

— Ага.

Хм, вообще Адия управляет льдом, и «второй Дар» близок к первому.

— Скорее всего, Дар рода Адии не только ледяной, а связан с управлением воды в любом состоянии, — произношу. — Просто ее предки это забыли и ограничивали свою силу одной стороной, а остальное не развивали. Поищите в семейных архивах упоминания, был ли у Адии мощный предок, управляющий водой.

— Всей водой⁈ — сразу загорается Гришка. — Если это правда, то какие же перспективы открываются!

О будущих детях сразу подумал казах, конечно же. Да перед родом Калыйр действительно открывается широкий горизонт возможностей. Но у меня их еще больше. Даритель вместе с Легионом способны перевернуть мир.

— Погоди мечтать о перспективах, — спускаю я казаха с небес на землю. — Сначала разберись так это или нет. Потом же придется заняться развитием Дара, а без родовых техник это очень сложно.

— Даня, так получается, Странник это знал? — всполошился Гришка. — Он охотится не за двухдарниками, а за магами с особенно сильными Дарами?

— А чихуястреб знает, зачем вообще охотится Странник, — отмахиваюсь. — Может, ему, правда, двухдарники нужны. А может он носится за каким-то забытым Даром, который может проявляться для несведущих как два разных. Не в этом дело. Главное, чтобы мы сами знали, что у нас в родах творится.

— Согласен, — тут же кивает Гришка. — Останетесь на пару дней, Ваше Сиятельство? — хитро прищуривается он, показывая, что уже знает о моем титуле графа. — Праздник устроим в честь приезда титульной персоны: бал, танцы, да и прочая гульба.

— Мне сейчас не до гульбы, — качаю головой. — Надо лететь назад, завтра учебный план составлять.

— Ты что, старостой заделался? — поражается Гриша. — Ну, граф, вы прямо влезете куда только можно. Не сидится вам спокойно, Ваше Сиятельство.

— Влезаю я только туда, куда очень выгодно влезать, — усмехаюсь.

* * *

— Даня, ну почему ты не хочешь просканировать всю мою память? — дуется Камила на следующее утро, когда мы завтракаем вместе с невестами и Гепарой за большим столом. — Это, возможно, помогло бы прояснить ситуацию с моим Даром.

— Ой, хватит хвастаться, — возмущается Светка, колупая ложкой овсянку с ягодами. — То у нее два Дара, то один уникальный. Сколько уже можно?

— Я не хвастаюсь, — обижается брюнетка. — Просто меня волнует этот вопрос.

— Меня тоже, — отвечаю я, уминая яичницу с беконом. — Поэтому и рассказал твоему отцу еще в самолете, может он найдет в семейных архивах что-нибудь интересное. Больше ничего сделать нельзя. Пока мы не поженимся, я не могу снимать твои щиты.

— Но как же Света? Ей ты снимал щиты! — обижается брюнетка.

— Со Светой был другой случай, — не вдаюсь я в подробности, зато блондинка пользуется моей недосказанностью и показывает Камиле язык.

Я оглядываю стол. Лакомка с озорной усмешкой наблюдает за юными сестрами, Гепара сидит тише воды, Лена листает страницы учебника, забыв про тарелку с мюслями. Помню, как в другой жизни мечтал о семье, но никогда в жизни не представлял себе семейную идиллию именно в таком своеобразном виде. Сплошное женское общество.