Улыбнувшись, я встала, отряхнулась и достала из сумочки телефон. Не для того, чтобы пролистать и ронять слёзы на наши с Сашей имеющиеся там совместные фотографии, а чтобы набрать номер старого друга.

– Марик, привет!

– Привет, сладкий, – у него был удивлённый сонный голос.

– Как дела? Как здоровье?

– Нормально, мне уже легче, в следующий понедельник выписывают. Скажи лучше, куда ты сама потерялась? Наверное, нашла себе мужчинку?

– Нет-нет! И я не терялась, просто работы много было, сам же знаешь.

– Справляешься?

– А то! Все отчёты – у тебя на столе.

– Я в тебе даже не сомневался, – заверил Марк, – кстати, мы с тобой давно не бывали нигде вместе, не хочешь покуражить, когда я выпишусь?

– О, обязательно! – радостно воскликнула я, – у меня теперь полно времени! Я к тебе так-то по другому вопросу…

– Говори.

– Помнишь, ты просил меня съездить за тебя в Санкт-Петербург на переговоры и конференцию, когда заболел?

– Ага, а ты сказала, что дел по горло, – усмехнулся он.

– Зато теперь их нет, и я готова!

– Но, Ева, ехать нужно завтра утром…

– Билеты купить – не проблема, а с гостиницей я разберусь, доверься мне, я не подведу!

– Ну, – вздохнул он, – тогда слушай и записывай инструкции.

По пути домой я позвонила Маше, сказала, что на работу сегодня не вернусь, отдала распоряжения и велела купить мне билет на утренний поезд. Затем пешком добралась до дома и собрала дорожную сумку. Мне не хотелось встретиться с Милой, которая непременно заворчит: «А я же тебе говорила!», поэтому я быстро приняла душ, где ещё раз проревелась, и, поцеловав на прощание кота, ушла из дому.

Конечно, мне хотелось сбежать от Саши туда, где он меня не найдёт, где я смогу побыть одна и подумать, поэтому я и согласилась на эту поездку.

Сев в такси, я назвала водителю Митин адрес. Прислонившись к стеклу, наблюдала, как от моего частого дыхания оно запотевает. За окном мелькали дома и улицы, проносились дорогие автомобили, но мир казался мне пустым и ненужным. Хотелось оказаться на безлюдном клочке земли, куда не летают самолёты и не доходят письма, сидеть на траве и часами наблюдать, как встаёт и заходит солнце. И никогда больше не вспоминать Сашин страстный шёпот и лживые обещания.

Митя выронил барсетку и ключи от машины, увидев, что я сижу возле его квартиры в обнимку с сумкой на ступеньках лестницы, прислонившись к стене.

– Есенина, – подобрав ключи, выдохнул он, – ты что, родная…

– Привет…

– Не сиди на холодном, тебе нельзя, – его лицо выражало жалость и сожаление.

Я медленно поднялась, опираясь на стену. Он стоял на ступеньку ниже, отчего находился примерно на уровне моего роста. В подъезде было темно и холодно. Мои губы искривила судорога, а на глаза набежали слёзы. Митя всегда меня понимал и поддерживал, что бы ни случилось. Наверное, в прошлой жизни он был мне родным братом.

Мы встретились взглядами, и через секунду он притянул меня к себе и крепко обнял. Я ощутила запах его одеколона, исходивший от свитера, и разрыдалась. От спазмов мои плечи вздрагивали, а живот разрывала боль.

– Всё в порядке, Ева, всё будет хорошо, не волнуйся, – он гладил меня по спине рукой.

Мне хотелось, чтобы вместо него Саша сейчас обнимал меня своими сильными руками и признавался в любви.

– Мне так больно, Мить, ну за что? – Я подняла голову и посмотрела на него.