Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +

Не представляю, кто автор.

Что ж, пожалуйтесь на меня!

 

Итого: с 21 октября 0,2 светлых часов.

Позитивное в этом: если так и дальше пойдёт,

я останусь вечно молодой.

 

Я не хочу льстить своей личной драме, но при всём несчастии у неё были и свои преимущества. Во-первых, я не должна была вообще ни о чём заботиться. Во-вторых, я могла всё переложить на чужие плечи. Или скажем так: можно вообще отпустить поводья, если твой муж только что умер. Внезапно и неожиданно, как говорится. Страдающей вдове можно быть противной и грубой, можно сидеть целый день, апатично уставившись в пустоту, не мыть голову, не причёсываться и не краситься. Можно посреди телевизионной передачи «Темы дня» швырнуть туфлю в Тома Бухрова (то есть в телевизор), можно до одиннадцати часов лежать в постели, не ожидая ничьих упрёков. Если внезапно захочется подстричь изгородь, то тебе тут же с восторгом вручат электрические садовые ножницы, и если ты при этом изуродуешь магнолию, которая вообще не имеет никакого отношения к изгороди, то тебе никто и слова не скажет. Можно быть эгоистичной, придирчивой, несправедливой и просто противной – тебя все за это оправдают. Даже если ты напьёшься, заснёшь стоя и не заметишь, как ты забле… э-э-э… испортила паркет рвотными массами. Более того, после этого случая мои сестра и зять хлопотали надо мной ещё заботливей. И мои родители, которые названивали дважды в день, чтобы спросить о моём состоянии, не произносили ни слова упрёка. Они только всё время говорили мне, как они любят меня и какая я храбрая. Да, моя мать даже произносила театральные фразы типа «Моя дорогая, я знаю, что это самые чёрные дни в твоей жизни, но ты всё преодолеешь, и поверь, когда-нибудь для тебя снова засияет солнце». А ведь моя мамочка, услышав подобную фразу по телевизору, закатывала глаза и переключалась на другую программу.

Единственный, кто, очевидно, не впечатлился моим личным несчастьем, был герр Крапенкопф. Может быть, потому, что он ничего о нём не знал. Ронни и Мими получили от его адвоката письмо, в котором значилось, что «персона, которая в настоящее время нелегально проживает и работает у вас», обозвала его «карповой головой» (Карпенкопф) и угрожала ему цепной пилой, и что герр Крапенкопф оставляет за собой право возбудить дело против меня, Ронни и Мими по поводу оскорбления, намеренного телесного повреждения и подпольного труда.

Мими и Ронни вначале не хотели показывать мне это письмо, чтобы я лишний раз не волновалась, но я взволновалась только по поводу того, что герр Крапенкопф вместо «Крапенкопф» услышал «Карпенкопф». Что за идиот. Мими переслала это письмо адвокату, которого она для меня наняла. Не ради герра Крапенкопфа, а из-за писем, которые я получала от брата моего мужа по поводу доходных домов, табакерок и жирандолей.

Как я уже сказала, тоскующая вдова может позволить себе почти всё. Тем не менее после случая с вином и маленького интермеццо на тротуаре Мими и Ронни стали настоятельно просить меня посетить одну психотерапевтшу. Она вроде бы была великолепна и очень помогла Ронни «в его тяжёлом кризисе».

– Я и не знала, что у тебя был тяжёлый кризис, – сказала я. Как и того, что у него такой волосатый живот.

– Был. После нашего выкидыша, – ответил Ронни. – Фрау Картхаус-Кюртен мне очень помогла.

Наш выкидыш. Типично для Ронни. Он всегда говорил «мы беременны». Без сомнения, среди всех окружающих меня идиотов он был самым милым и мягкосердечным. Ещё я знала, что он желает мне только добра.

Но тем не менее.

– Я туда не хочу. Я невысокого мнения о психотерапевтах, о людях с дурацкими двойными фамилиями и с неумеренной болтовнёй про ребёнка во мне и про мою слишком рано закончившуюся анальную фазу. И у меня не депрессия, а просто траур.

Быстрый переход
Мы в Instagram