Приехал домой и прямо с порога начал рассказывать, Лена приложила палец к губам и показала на дверь кабинета. Ничего не понимая, Глебов вошел и увидел Виолетту. «Здравствуй, бывший муженек, вот посмотри на бывшую жену», — в глазах Виолетты хлестнуло пламя, Глебов на всякий случай положил руку на пресс-папье. «Чего тебе?» «Сохранил экспозицию? — она повела взглядом по фотографиям и портретам на стене. — Много нового, смотрю… Что, вторая жена разделяет твои контрреволюционные взгляды?» Глебов посмотрел на Лену, та стояла с отсутствующим выражением, и Глебов понял, что после следующего слова, произнесенного Виолеттой, Лена ее ударит. Подумал — все одно к одному: Татищина, Жиленский — там, Виолетта — здесь, а цель — общая. «Лена, ее Коркин послал, ты ударишь, и мы будем благополучно сидеть». Лена широко улыбнулась: «Чаю, кофе? У нас три пирожных есть. Эклеры. Очень вкусно. Не желаете?» Виолетта прищурила маленькие глазки: «Глебов, ты белой эмиграции сочувствуешь? Ты останки Романовых искал? Ты как называешь министров? А плакаты и лозунги на улицах? То, что ты — спекулянт и мошенник, я объяснила где надо. Ты подумай, если я о вышесказанном оповещу кого следует — куда тебя поедет провожать твоя новая жена? А новые родственники как огорчатся? Брали зятя-писателя, надеялись на лавры и аплодисменты, а получили уголовничка? Я сейчас уйду, а вы подумайте над моими словами: ты, Глебов, предал меня и Валентиночку, ребенка своего. Но я даю тебе шанс: верни, что взял, и я обещаю молчать. Три дня сроку, прощайте, любовнички. — Она величественно поднялась со стула и направилась к входным дверям. — А насчет того, что меня здесь подстраховали, — это верно. От вас всего можно ожидать!» Резко хлопнула дверь. — «Слушай… — Глебов начал вышагивать по комнате, — она ведь не шутит». — «Чего ты испугался?» — «Не то говоришь. Просто трезво взглянул. И получается, что человек, который интересуется жизнью и смертью Романовых, — странен, по меньшей мере, нет?» — «Ты писатель, это — твоя профессия, революция и гражданская война твоя тема, и уже много лет, разберутся, если что». Глебов покачал головой, обозначив некоторое сомнение. С одной стороны — да. А с другой? Впрочем, наплевать на Виолетту и ее угрозы, большая часть вещей осталась у нее — по справедливости, как он считал; Что до Романовых… Будь она неладна, эта тема, но, побывав однажды на Урале, в том городе, где произошли основные события и решилась судьба, захотелось понять и разобраться, что же произошло на самом деле и так ли упрощенно, как было рассказано в нашумевшей книжке.