Третий сын клана Кэррион развёл руками, одновременно указав на облачение Элина. В этот раз к выбору наряда перерождённый подошёл не только с практической точки зрения, как это бывало обычно. Немаловажную роль сыграло и то, как его одежда смотрелась рядом с Алексией – та в первую очередь озаботилась именно этим вопросом – и насколько соответствовала его новому статусу. Среди малых кланов такое не было распространено, но главы средних и великих кланов предпочитали сохранять в своём облике нечто уникальное, нечто, присущее только им.

Так, например, Лагес походил на ожившего и покрытого кожей голема, его высеченную из камня фигуру вместе со скверным характером трудно было забыть или с кем-то перепутать. Глава Игнис, Сорака Игнис, носила соответствующие её вспыльчивости яркие наряды преимущественно алых, редко жёлтых оттенков. А Элин… Новый глава клана Нойр решил обыграть оттенки своего пока единственного слияния и воспользоваться той харизмой, что стала его неотъемлемой частью благодаря силе Эриды. Иными словами, он изменил свой гардероб, в котором тёмные оттенки теперь были разбавлены ядовитой зеленью и серебряным блеском. Изначально это была всего лишь смутная идея, но работа профессиональных портных, ведомых вкусом Алексии, позволила воплотить её в жизнь. К слову, прямо сейчас Алексия умудрилась прочитать атмосферу и удалиться, перехватив дочь главы Фуга и заведя с ней разговор.

– Положение обязывает. Что думаешь?

Юстиан сразу понял, на что намекает стрельнувший глазами в сторону тихо переговаривающегося с Доршем Лагеса друг, так что ответ не заставил себя ждать:

– Или отцовская ревность, или заинтересованность в тебе как в особенном студенте академии. Больше предположений у меня нет, нужно время и информация. – Последнюю фразу он произнёс с намёком на сожаление.

– Я пришёл к тем же выводам, но первый вариант меня не интересует, тут у тебя в руках все карты. До второго же мне ещё нужно дожить: пока хватает других, более важных дел, чтобы приплетать сюда ещё и серьёзную занятость в академии.

– Охотно верю, но про Амелию, будь другом, постарайся не распространяться. Я ещё не представляю из себя фигуру достаточно весомую, чтобы официально рассчитывать на такие отношения.

– И не думал, Юстиан, – кивнул перерождённый, весьма польщённый тем, что его усилия, судя по оговорке про официальность, принесли свои плоды. – Но если будет нужна помощь, только свистни. А пока – извини, нужно заняться другими гостями.

С этими словами Элин оставил друга на попечение подошедших девушек, а сам вернулся к арке, через которую прошла Хора в паре с Седриком. Сестра так и не отказалась от собранных в хвост волос, лишь слегка изменила причёску, поэкспериментировав с пробором и расположением прядей. Седрик же сохранил свой прежний облик, но при этом заметно повзрослел, не в физическом плане, но в ментальном. Его обучением уже больше двух недель занимался Фогус, но при том и о мастерских ему забывать было нельзя. Иными словами, жизнь испытывала парня на прочность, намереваясь его или сломать, или закалить. Но человек, которого сейчас Элин видел перед собой, в самую последнюю очередь походил на готового вот-вот сломаться.

– Хора, прекрасно выглядишь. – Элин приобнял сестру, а с Седриком обменялся рукопожатиями. – Что-то ты, брат, невесел. Не надумал отказаться от своей затеи?

– А кто, если не я, Элин? – спросил он, поведя плечами. – Да и бросать дела только из-за их сложности… Если бы я так поступал, то и мастерских никаких у меня не было бы.

– Верно…

Нойр кивнул, не став вслух говорить о собственном взгляде на этот неоднозначный вопрос. Обычно люди считали, что за преодоление трудностей жизнь награждает, но бывало и так, что за одной проблемой обнаруживалась ещё одна, много большая.