Теперь дела Нойр пойдут в гору, и ни через пять, ни через десять, ни через сто лет Китеж не падёт. Он будет стоять вечно или, по крайней мере, до тех пор, пока существует человечество. Потому что он, Элин Нойр, действующий глава клана Нойр, положит на это всего себя и непременно добьётся своей цели…

Глава 33

Он был задохликом, могущим свалиться даже от самого слабого тычка. Книжным червём, единственной отрадой в жизни которого были новые знания и теории. И, несмотря на положение наследника клана, в нём напрочь отсутствовали как амбиции, так и потенциал. Бесталанный, слабый и бесполезный – таким был Элин Нойр к началу второго месяца лета. Сегодня же наступило утро первого дня осени, и в постели, глядя широко распахнутыми глазами на потолок, лежал совсем другой человек.

Широкие, расправленные плечи соседствовали со в меру мускулистыми руками, крепким торсом и поджарыми ногами. Прежде светлые волосы стали чуть темнее, а глаза окрасились в ядовито-зелёный оттенок, при том что кожа, наоборот, побледнела. Все эти детали вместе с резкими, рублеными чертами лица наделяли своего обладателя харизмой такой силы, что кто-то со стороны принял бы это или за мистику, или за одну из запретных техник анимусов.

«Сегодня нас ждут великие дела, змейка».

Перерождённый аккуратно освободил руку из захвата ночью сполна взявшей своё Лекси, отправив своей напарнице ментальное послание.

«Сразу после праздника? Ты не щадишь себя, Элин. Отдохни, пока есть такая возможность».

«Это крылатое выражение. Естественно, после такой попойки с головой бросаться в работу можно лишь в том случае, если с этой самой головой у тебя есть серьёзные проблемы».

Элин сполз с постели и, вознеся хвалу самому себе за своевременный наём прислуги, ополовинил заботливо кем-то подготовленный графин с водой.

В комнате, вопреки его опасениям, были только они. Юстиан, принявший непосредственное участие во второй части праздника «для своих», потерялся где-то в коридоре. Выпил он действительно немало, на чём и погорел: алкоголь ударил в голову сына Кэррионов с большим запозданием, но удар этот оказался в десять раз более сильным, чем должен был. Одно лишь его пусть немного, но оправдывало: Лагес поймал увлёкшуюся парочку на горячем, правильно всё понял и устроил грандиозный разнос, уведя Амелию с приёма задолго до полуночи.

«Ты сам себе злобный гневоящер, Юстиан», – подумал анимус, с удивлением разглядывая свой гардероб. Непонятно когда, но Алексия подсуетилась, и теперь весь выбор Элина сводился к десяткам лишь в деталях отличающихся друг от друга одежд. Правда, Нойр не мог не признать, что исполненные в чёрном и изумрудном цветах с редкими серебряными элементами вещи на нём смотрелись превосходно. Он даже сам себе нравился, чего прежде никогда не случалось. Не нарцисс он, с какой стороны ни посмотри.

«Но тогда зачем?» – прозвенела в голове бывшего абсолюта недоумённая мысль змейки, вынудив его поделиться своими планами.

«Хочу проверить Мика. Ему изрядно досталось, и так как на церемонию он не пришёл…»

Миктона, несмотря на кажущуюся тяжесть его прегрешений, свободы не лишили. Лишь запретили поступать в академию да отдали на обучение в отряд охотников-чистильщиков, что брался за самые опасные задания. Там сын Гавюэров должен был прослужить долгих десять лет, после чего его ошибки, повлёкшие за собой множественные смерти, будут забыты. Такое решение вынес совет кланов, записав на счёт Мика лишь его друга, но не всех тех, кто остался среди руин, на холодном каменном плато. И это было обоснованно, так как собиравшиеся у хребта демонические звери в любом случае нанесли бы удар. Просто бездумный поход мальчишки форсировал события, вынудив людей столкнуться с врагом несколько раньше и, возможно, избежать куда больших потерь.