– Прощай, – ответил на рукопожатие Воловцов и вышел из кабинета.

На улице шел снег. Ослепительный. Хрупкий. Кто-то невидимый с силой швырял его охапками сверху, заставляя завихряться, кружить, норовил попасть за шиворот. Когда это получалось, Воловцов невольно ежился, что совершенно не портило его радостного настроения. Легкая улыбка не сходила с губ следователя.

Дело было исполнено наилучшим образом.