— Бедный мистер Дэйрман… — прохлюпал Карраб Варрава, чей единственный глаз проследил за взглядом Гензеля. — Зачем они с ним так?.. Бросили в чан еще живого… Заслуживает ли человек такой смерти?.. Ну так как насчет пиявочки, милый Гензель?..

Гензель усмехнулся.

Мушкет — не лучшее оружие в тесных помещениях. Кабинет мгновенно заволокло грязным пороховым дымом, а от грохота барабанные перепонки чуть не вышибло внутрь черепа. Аквариум с пиявками лопнул, исторгнув из себя россыпи стеклянной шрапнели, каскады мутной воды, человеческие кости и трепыхающихся пиявок.

— Понятно… — вздохнул Варрава, наблюдая за тем, как пиявки шевелятся в лужах на полу. Некоторых из них свинец и стеклянное крошево превратили в обрывки. — Что ж, я не сужу тебя, Гензель… Ох… Ты имеешь на это право. Впрочем, надеюсь, что ты ненадолго переживешь меня… Такие, как ты, не доживают до старости. Слишком… глуп. Слишком… доверчив.

— Зато ты, кажется, в этот раз перехитрил сам себя, — хладнокровно заметил Гензель. — Ключ.

— Вот я и говорю — слишком… глуп. Кхе-кхе.

Еще дымящимся стволом мушкета Гензель тронул дверцу кабинетного сейфа. Тот был не заперт.

— Иминоглицинурия! — выругался Гензель.

— Они забрали ключ… И все остальное. Деньги и те пробирки… Удивительно ловкие мерзавцы… Но знаешь, Гензель, я не в обиде. Это ведь я их нашел в свое время… Я их вырастил, я сделал из них артистов… — Чудовище в инвалидной коляске попыталось широко улыбнуться, отчего лицо оплыло еще сильнее. — Они молодцы… Они перехитрили всех…

— Кто забрал ключ? — жестко спросил Гензель.

Положение было скверным. Ключа в сейфе не было. Пуст. История начинала пахнуть еще хуже, чем растекающийся в своем кресле Варрава.

В силах ли он разговорить бывшего директора театра? Если тот не захочет отвечать, все пропало. И угрожать ему бессмысленно — даже самые страшные пытки едва ли что-то значат для того, чье тело медленно распадается на составляющие.

Впрочем, господин Варрава не собирался запираться. Напротив, кашлял от сдерживаемых слов.

— Кто… Ты еще не понял кто, милый Гензель?.. Твоя деревянная тварь забрала ключ! Твой Бруттино! Кто же еще?

Это было неожиданно. Настолько, что Гензель, не сдержавшись, хлопнул себя по лбу.

— Деревянная кукла? — воскликнул он в сердцах. — Тебя обманула деревянная кукла, Варрава?

Желтый глаз взглянул на Гензеля с откровенной насмешкой. Борода, когда-то блестящая и ухоженная, теперь казалась переплетением перепачканных в слизи щупалец.

— Твоя… кукла оказалась куда хитрее, чем… чем мне казалось. У нее большое будущее, Гензель… Быть может, не только на сцене. Никогда не видел ни в одном человеке такого сочетания дьявольской хитрости и животной злости… Поразительное существо… Он один собирал бы аншлаг каждый вечер… Но уже поздно. Театр закрывается.

— Он вырвался из клетки?

Варрава через силу кивнул. Ком плоти, бывший прежде его правым ухом, шлепнулся на пол.

— Это случилось сегодня… Удивительно способный мальчуган… Я сразу понял, у него потрясающие задатки… Но он не просто хищник… О нет, он куда сложнее.

— Не сложнее еловой шишки, — огрызнулся Гензель. — Что произошло? Он вырвался из клетки?

— Не только… выбрался, Гензель, он увел за собой моих лучших кукол… Синюю Мальву, Перо и Антропоса.