|
С паденьем Хемфри будет он протектор. Бекингем (Сомерсету) Протектором быть мне или тебе На зло и Глостеру и кардиналу. Бекингем и Сомерсет уходят. Солсбери Пошло вслед за гордыней - честолюбье. Меж тем, как о себе они радеют, Нам надо порадеть о государстве. Я не видал, чтоб Хемфри, герцог Глостер, Когда-нибудь ронял свой сан высокий; Но видел я, что кардинал надменный Скорее на солдата походил, Чем на священника; был горд и резок, Как будто он хозяин всем; ругался Порой, как грубиян, и вел себя Отнюдь не как правитель государства. - Уорик, мой сын, отрада лет преклонных, Твои дела, воздержанность, правдивость К тебе расположили весь народ. Ты после Глостера любимец общий. - Брат Йорк, твои в Ирландии деянья, Где ты гражданский водворил порядок, И в сердце Франции твои победы, Когда ты был регентом в этом крае, Внушили всем почет к тебе и страх. Для блага родины объединимся, Чтоб укротить гордыню кардинала И Сеффолка, а также честолюбье Кузенов Сомерсета с Бекингемом. Поддерживать во всем мы будем Хемфри, Затем что он стремится к благу края. Уорик Пускай поможет Уорику господь За то, что любит он свою отчизну И дорожит родного края благом. Йорк (в сторону) Йорк то же говорит, и с большим правом. Солсбери Идемте ж, позаботимся о главном. Уорик Но главное, отец, что отдан Мен - Тот Мен, что Уорик доблестью стяжал И уступил бы лишь с последним вздохом. Как? Мы лишились Мена и Анжу? Верну их или голову сложу. Уорик и Солсбери уходят. Йорк Французам отданы Анжу и Мен; Париж потерян нами, а дела В Нормандии висят на волоске. Был Сеффолком подписан договор, Одобрен пэрами; доволен Генрих, Что променял два герцогства своих На герцога пленительную дочь. Что их винить? Не все ли им равно? Они дарят ведь не свое - чужое. Пират награбленным не дорожит, Наложниц и друзей он покупает; Как лорд, живет вовсю, пока добра Не расточит. А там хозяин бедный Рыдает горько и ломает руки, Дрожит всем телом, стоя в стороне, Пока его именье расхищают, И, умирая с голоду, не смеет Притронуться к тому, чем он владел, Меж тем как дом его идет с торгов. Мне кажется, что эти три страны- Три королевства: Англия моя, Ирландия и Франция - как будто Так тесно с плотью связаны моей, Как роковая голова Алфеи Срослась когда-то с сердцем Мелеагра. Французам отданы Анжу и Мен! Дурные это вести для меня: Ведь я на Францию питал надежды, Как и на остров плодородный наш. Настанет день - и Йорк права предъявит. Пока я должен к Невилам примкнуть И Глостеру выказывать любовь; Но, выждав миг, потребую корону. Вот золотая цель моих стремлений! Ланкастер не похитит прав моих, Не сдержит скипетр детскою рукою, Носить не сможет на челе венец, - Он для престола слишком богомолен. Молчи же, Йорк, пока созреет час; Когда другие спят, на страже бодрствуй, Стремись проникнуть в тайны государства И жди, пока пресытится любовью Король в объятиях своей супруги, Так дорого доставшейся стране, И Хемфри с пэрами начнут раздоры, - Тут подыму я млечно-белый розан, Что воздух напоит благоуханьем; На знамени герб Йорка вознесу, И, в бой вступив с Ланкастером надменным, Лишу венца того, кто безрассудно Правленьем книжным губит остров чудный. (Уходит.) СЦЕНА 2 Комната в доме герцога Глостера. |
