Количество выдающихся картин от общего количества снятых не зависит — думаю, и сейчас достойные есть, просто при сегодняшней системе посмотреть их невероятно трудно. Если лента на фестиваль не поехала, если „ног“ или мощной „спины“ у нее нет, она пропасть может. Может, и сняты у нас толковые фильмы, может, и дало на них государство деньги, но прокатчики сказали: „Это дерьмо никто смотреть не будет!“ — как никогда ни Параджанова не пропустили бы, ни Тарковского, ни Сокурова, ни Германа».

Сам Георгий Николаевич был совсем не заядлым зрителем — если картина не успевала ему понравиться в первые десять минут, он, как правило, без зазрения совести покидал кинозал. Однако же когда Данелия оказывался свидетелем того, что кто-то уходил с просмотра его собственной ленты, режиссера это очень задевало.

Впрочем, если люди когда-либо уходили с данелиевской картины, то лишь с одной-единственной — действительно, не самой к массовому зрителю дружелюбной. Речь идет о непростой «грустной сказке» «Слезы капали».

Часть третья. Восьмидесятые

Глава двенадцатая. «Наверное, не совсем добрый фильм…»

Володин, Булычев: «Слезы капали»

«Наверное, не совсем добрый фильм» — так однажды сказал Георгий Данелия о картине «Слезы капали», отвечая на вопрос интервьюера, по какой причине эта самая картина не снискала особой зрительской любви.

«Слезы капали» и впрямь наиболее недооцененная работа Данелии, но при этом и мрачной сердитости у нее не отнимешь. Лишь два данелиевских фильма допустимо назвать сколько-нибудь злыми, но если в первом («Тридцать три») эта злость веселая, мажорная, то в «Слезах» — угрюмая, минорная. Охотников смотреть подобное кино всегда было негусто.

И, конечно, чтобы столь светлый художник, как Данелия, взялся за такое произведение, его должны были подтолкнуть к этому по-настоящему горькие и горестные жизненные обстоятельства.

Летом 1980 года, не дожив нескольких месяцев до семидесяти шести лет, скончалась Мери Ивлиановна (Николай Дмитриевич пережил жену чуть больше чем на год).

Вскоре после ухода матери Георгий Николаевич попадает в больницу с серьезным осложнением от перитонита. Там он переживает клиническую смерть — и даже когда выписывается, все еще изрядно изможден.

Даже увлечение своей будущей третьей женой Галиной Юрковой (о ней подробнее рассказано в разделе «Данелия и любовь»), случившееся вскоре после излечения, не до конца рассеивает сумрачное настроение режиссера, владевшее им в тот период.

Данелией овладела идея снять «грустную сказку» (именно такое жанровое определение значится в титрах «Слезы капали»), отправную точку которой дала «Снежная королева» Ханса Кристиана Андерсена, а конкретно — следующий ее отрывок:

«Так вот, жил-был тролль, злющий-презлющий; попросту говоря, дьявол. Как-то раз он был в особенно хорошем расположении духа: он смастерил такое зеркало, в котором все доброе и прекрасное уменьшалось донельзя, все же плохое и безобразное, напротив, выступало еще ярче, казалось еще хуже. <…> Все ученики тролля — у него была своя школа — рассказывали о зеркале, как о каком-то чуде. <…>

Напоследок захотелось им добраться и до неба, чтобы посмеяться над ангелами и самим творцом. Чем выше поднимались они, тем сильнее кривлялось и корчилось зеркало от гримас; они еле-еле удерживали его в руках. Но вот они поднялись еще, и вдруг зеркало так перекосило, что оно вырвалось у них из рук, полетело на землю и разбилось вдребезги. Миллионы, биллионы его осколков наделали, однако, еще больше бед, чем самое зеркало.