Дни полетели, перед дневной тренировкой было окно-отдых, оно заполнялось рассказами Даниэля о приключениях на Депре. Я слушала с широко раскрытыми глазами, какой кошмар, если бы знала, что там такое творится… Да одно присутствие секс-модификанта в посольстве чего стоило. Хотя, надо отдать должное, все эти приключения пошли Даниэлю на пользу, он стал намного увереннее в себе, перестал в стрессовых ситуациях замирать, как перепуганный грызун. В свою очередь, мне пришлось выложить всю правду о травме, дуэли и ее причине. Я опасалась, что Даниэль, как и Синоби взовьется оттого, что я сделала ребенка от донжана, но он среагировал абсолютно спокойно, переспросив, уверена ли я, что донжан сможет правильно воспитать ребенка. А вот когда он узнал, ЧТО сделал Синоби, то потемнел от ненависти. Знаете, сидит себе человек, слушает и вдруг превращается в сгусток тьмы, готовый взорваться, меня это напугало.

    – Даниэль, не вздумай… Я сама со всем разберусь. Пообещай, что ничего не сделаешь Синоби. Пообещай – я лопотала, глядя в его перекошенное лицо.

    – А что я могу сделать перворанговому лорду безопаснику? – сквозь зубы спросил он.

    – Ты найдешь, что сделать… Знаю я тебя – это немного разрядило ситуацию.

    – Ты точно разберешься?

    – Да.

    – Хорошо. Обещаю ничего не делать лорду Синоби.

    – Я сказала, просто Синоби.

    Даниэль вздохнул.

    – Ничего не делать никому из Синоби.

    И тут же зло улыбнулся. Вот ведь, прирожденный дипломат и игрок словами, обыграл. Я попыталась его стукнуть, мне это даже удалось.

    – Ара-Лин, надеюсь, этот…инцидент освободил тебя от него, от общения с ним?

    Я молча кивнула. Я начала встречаться с Синоби по причине, которую не могла сформулировать даже сама для себя. Он сходил с ума от меня… из чувства самосохранения я захотела притушить этот его накал страстей, утолить его жажду. Утолила, притушила… чуть не сдохла, чуть не опозорила семью.

    – Если он не оставит тебя в покое, я беру все обещания назад – твердо сказал Даниэль.

    – Оставит – ответила я. Вспомнив, как нам бывало хорошо с Арреном и не только в постели, стоило ему проявить хоть немного мягкости, и я была готова раствориться в нем. Оставлю ли я его? Взгляд упал на свежее пятно, оставшееся после завтрака. КОНЕЧНО! Он за все ответит, за каждый день, проведенный в ступоре, за каждое падение, за ВСЕ!

    Теперь уже, Даниэль видя мое изменившееся лицо, поспешил успокоить, поцеловал и шепнул на ухо.

    – Я помогу тебе во всем.

    Я молча кивнула.

    Двадцать дней пролетели как один, успехи у меня были, но незначительные, все-таки пятнадцать дней бездействия в самое важное время давали о себе знать. Навещал, вернее, приходил с осмотром Синоби-Чех, посмотрел, как я тренируюсь, снял какие-то показатели, и что-то заподозрил.