Я взял в руки ее лицо и заглянул в глаза.

    – Ара-Лин, ты живой человек, молодая девушка, у тебя есть право на ошибки. Главное, что ты успеваешь их исправлять до того, как случится непоправимое.

    Она отрицательно покачала головой.

    – Нет. А если я не успею. Ведь если б не ты…

    – Если б да кабы, да во рту росли грибы – сказал я на русском. Она секунду осмысливала, потом прыснула смехом. – Давай закроем эту тему, пожалуйста. И пообещай мне, что в следующий раз, когда ты вздумаешь саморазрушиться, ты позовешь меня, обещай.

    – Обещаю.

    Когда Ара-Лин спала днем, я занимался делами. Навестил Кошку и Абеля в резиденции Стилусов, имплантат Кошке вынули, она осталась жива и даже при своем уме и памяти. Первый Стилус так обращался с ней, будто сам ее создал, и она была его любимым и совершенным творением, а не живым человеком с собственным характером. Кошка морщилась, но не грубила, лишь когда мы остались вдвоем она с жаром стала напоминать, что была хорошим полом и не потеряла квалификации, что готова отработать операцию и т. д. и т. п.

    – Боишься стать лабораторной мышью, а рус-пол?

    Она лишь глянула искоса в ответ.

    – Ты готова вернуться на Депру и занять место Абеля в посольстве?

    Она растеряно села, как-то потеряно осмотрела комнату.

    – Я не хочу на Депру – тихо сказала она.

    – Ты модифицирована, ты вне закона. На Хинских планетах тебя убьют, в ЕвСе поместят в клинику-тюрьму, в РФ тоже самое.

    – Но ведь Стилус вынул ВСЕ имплантаты, не только из головы, а и хрень отрезал. Я теперь просто женщина с изуродованным лицом! Да я кислотой обольюсь – и все!

    – Не надо кислотой. Да и вообще, давай без глупостей. Я поспрашиваю, может кому-то и пригодится бывший рус-пол. Ты лучше почитай информацию для иностранцев о синто, пригодится в любом случае.

    – Да уж почитаю, а то вы меня вообще с ума сводите.

    Когда уходил, спросил:

    – Как ты себя чувствуешь? – несмотря на столь общий вопрос, она сразу поняла, о чем речь.

    – Быть фригидной лучше, чем быть хоул. Да ты и сам знаешь, что мне немного оставалось, месяцы. Так что я в любом случае благодарна, а вот Абель вряд ли воспримет все так спокойно.

    Умная женщина.

    – Если его что-то не будет устраивать, он всегда может воткнуть себе что-нибудь острое в шею. Такой выход есть у всех.

    Кошка вздрогнула.

    – Ты не знаешь Абеля, он не себя убьет, а того, кого посчитает виновным.

    Действительно умная женщина. Пожалуй, надо взять на себя ответственность и поговорить с модификантом, что я и сделал.

    Выслушав меня, он взвился чуть ли не до потолка.

    – А раньше нельзя было сказать? Что вы себе думаете? Как вообще это будет? Я буду импотентом? – верещал он, я сконцентрировался на том, чтобы мои руки случайно не двинули ему по перекошенной роже.

    – Ты плохо слушал, Абель.