Тут Соболев очнулся, он все вспомнил. Я не зря озвучила код – напомнила присутствующим, что мы будем обсуждать посыл на смерть некста маленького рода. Многие лорды как-то призадумались.

    – Итак, приступим… – начал было лорд Ларин, но его прервал Соболев.

    – Прошу прощения, прежде чем обсуждать детали операции, давайте все же решим, устраивает ли нас предложенная кандидатура.

    Ох, лорд Соболев… злиться на вас или благодарить?

    – Устраивает… Устраивает… – это Шур и Синоби, прямо птички-пересмешники.

    – Устраивает, – мрачно заявил Хорес.

    – Конечно, вас устраивает, – это некст Грюндер, страшнючий альбинос лет тридцати, худой и длинный. – Я считаю неэтичным подвергать некста рода, состоящего из трех человек, опасности с вероятностью смерти восемьдесят пять процентов.

    Ух ты… Браво, Грюндер. Мое лицо было расслаблено, взгляд перебегал от одного говорящего к другому.

    – Я тоже так считаю, – Соболев.

    Леди Шур пыталась убить взглядом некста Грюндера, но он мужественно не отводил глаз.

    И тут заговорил изображающий статую лорд Синоби.

    – Не ошибусь, если скажу, что все присутствующие считают выбор данного исполнителя неэтичным, – голос звучал безжизненно и между тем властно. – Но либо некст Викен берется за это дело, либо данная операция не будет осуществлена. Другой кандидатуры нет.

    Мне вспомнилось, что когда нам с Ронаном было десять лет, мы впервые увидели лорда Синоби. «Граф Дракула», – шепнул мне на ухо брат с непередаваемой смесью ужаса и восхищения. Много позже я узнала, что граф Дракула был крайне жестоким военачальником и якобы после смерти превратился в вампира. Сейчас, глядя на лорда Синоби, мне подумалось, что Ронан попал не в бровь, а в глаз. Невысокого роста, бледный, черноглазый и черноволосый, с чуть крючковатым носом и изломанными бровями, не то урод, не то красавец, он внушал страх и восхищение. Одной фразой он прервал все попытки «оттереть» меня от этого контракта. Другой кандидатуры нет, и все.

    – Леди некст Викен, вам предоставляется выбор. – Ларин с отеческой нежностью смотрит на меня. Чтоб от вас Судьба отвернулась, это ж надо назвать эту встречу с крысодлаком выбором.

    – Лорд Ларин, я не горю желанием оказаться в ситуации, в которой я смогу выжить лишь в одном случае из семи. – Лорды шокированы моей откровенностью, кто-то презрительно кривит губы. – Но я не вижу выбора.

    Тут уже у Ларина поднимаются вверх брови, а Соболев отворачивается.

    Кто-то тихо произносит: «Достойный ответ».

    – Мое предложение таково, – абсолютно деловым тоном продолжила я. – В случае моей смерти, вне зависимости от успешности операции, мои генетические дочь и брат перейдут в семью Викен, с условием продолжения обучения в семье Синоби. А также семья получит денежную страховку в полном объеме. Впрочем, эти же условия в случае моей постоянной недееспособности. Любое лечение – за счет государства, опять же, вне зависимости от успеха операции.

    Я обвела всех взглядом, ожидая реакции. Они были несколько шокированы моим деловым напором. Но лорд Ларин нашелся раньше всех.

    – Я считаю условия справедливыми.

    – Дочь – согласен, а мальчик – нет.