— Правда?

— В общем, да. Вы, что, были среди заговорщиков, готовивших мятеж? Нет. Или вы предательница, которой платит вражеское государство? Нет. Все просто. Конечно, они будут задавать всякие несуразные вопросы, чтобы создать видимость крупного дела, да и вдруг следователи забыли что-то спросить… Но и мне ясно, и, я думаю, им тоже, что вы обыкновенный младший офицер, который должным образом отреагировала на сложившуюся ситуацию, поддержав, между прочим, интересы как Флота, так и Правящей Династии. Единственная проблема, на мой взгляд… — Он замолчал и внимательно посмотрел на нее.

— Да? — в конце концов промолвила Эсмей, потому что он продолжал молчать.

— Будет нелегко представить вас как обыкновенного младшего офицера, хотя все ваши предыдущие характеристики это подтверждают. Судя по ним, вы достаточно средний представитель вашего класса. Но на деле вы проявили себя как совсем необычный и самый молодой в истории капитан, которому удалось уничтожить тяжелый крейсерный корабль Доброты. Они постараются выяснить, зачем вы столько времени скрывали такие способности… и как вообще вам это удалось. Почему вы не раскрывали Флоту все ваши таланты?

— Адмирал Серрано говорила то же самое. — Эсмей с трудом распрямила плечи, ей так и хотелось сжаться в малюсенький комочек.

— И что же вы ответили?

— Я… я не смогла ответить. Я не знаю… Не знала… Я даже не задумывалась над этим до сих пор. Я просто делала, что считала нужным. Мне и Сейчас трудно во все это поверить.

— Какая скромность. — В его голосе прозвучали ледяные нотки. — Я ваш защитник. Кроме того, я адвокат с многолетним опытом работы. Прежде чем начать работать во Флоте, я много лет вел гражданские дела и находился в резерве Флота. Может, вам удастся одурачить себя, девушка, но не пробуйте обвести вокруг пальца меня. Вы совершили то, что совершили, потому, что у вас необыкновенные способности. Часть этих способностей выявили на проверочных экзаменах, когда вы поступали во Флот. Помните, какие у вас были оценки?

Да, она помнила, но тогда решила, что все это было счастливой случайностью, ведь в подготовительной школе Флота она все время училась чуть выше среднего, не более того.

— Теперь я уверен, — продолжал Чапин, — что вы скрывали свои таланты не потому, что были агентом Доброты. Вы просто скрывали их. Вы избегали командирских занятий. Я разыскал ваше личное дело в подготовительной школе и разговаривал с вашими инструкторами в Академии. Все они кусают себе локти, что пропустили, не заметили и не выпестовали такой талант…

— Но я допускала ошибки, — ответила Эсмей. Она больше не могла все это слушать. Ведь ей повезло: ее окружали способные младшие офицеры и экипаж, они-то в основном все и сделали… Она быстро выпалила все это Чапину, а он слушал с тем же скептическим выражением на лице, что и раньше.

— Это не то, — наконец сказал он. — Для вашей же пользы, лейтенант Суиза… — Он не называл ее так с самого первого дня, и она напряглась. — Для вашей же пользы, — повторил он мягче. — Вам надо принять себя такой, какая вы есть, вы должны признать, что большая часть того, что случилось, ваша заслуга. Результат принятых вами решений — правильных, хороших решений; вашей способности управлять людьми, добиваться от них такого прекрасного исполнения своих обязанностей. Это не было случайностью. Независимо от того, будет ли данный вопрос звучать на суде или нет, вы должны это признать. Если вы действительно не подозревали о своих способностях, если вы не знали, что скрываете их, вы должны сами докопаться до причин.