– Слушай, может, хватит спорить? – Макс отвернулся, из‑под ладони изучая мрачную громаду Цитадели. – Мы уже и так по пять раз все обговорили. И вообще, у нас здесь война или демократия?

– Бродяга? – Анжела дождалась, пока Макс неохотно обернулся. Поймала его взгляд. – Скажи честно: ты используешь нас только для того, чтобы расчистить себе дорогу?

– А как ты думаешь?

Закованная в латную перчатку ладонь уверенно легла на рукоять меча.

– Я буду за тобой следить.

– Следи‑следи, – беззлобно усмехнулся Макс. – Думаешь, я такой дурак, что стану с тобой драться? А вот что ты сделаешь, если я, к примеру, минут через пять «нечаянно» залеплю тебе «огненную стрелу» в спину? Или дождусь момента и…

– Я тебя потом в реале найду!

– Ну да… Знаешь, сколько человек мне уже этим грозили?

– Они грозили, а я сделаю. – Анжела упрямо не отводила глаз. – Ты ведь меня знаешь.

– Знаю, – после недолгого молчания отозвался Макс. – Пошли. Пора начинать.

– Ты иди. Я пока здесь побуду.

Макс пожал плечами и осторожно начал спускаться вниз. Крутой каменистый склон предательски проседал при каждом шаге. Потревоженные камешки со стуком скатывались вниз. Макс мимоходом подумал, что самым смешным сейчас было бы сорваться вниз и разбиться насмерть. Столь глупой смерти в «Эрганоре», наверное, еще не было.

На соседнем холме несколько игроков суетились вокруг установленной в боевую позицию катапульты. Полезная машинка, жаль "только, что одна. Будь здесь с десяток таких, падение Цитадели стало бы всего лишь вопросом времени – особенно если вести огонь не просто каменными глыбами, а куда более разрушительными фаерболами.

Заметив, что тусклых звездочек факелов на стене Цитадели заметно прибыло, Макс тихо вздохнул. Гарнизон, вероятно, уже поднят по тревоге. И ничего удивительного! Накладывая на своих бойцов защитные и укрепляющие чары, отрядные маги устроили такую иллюминацию, что даже дурак понял бы: скоро начнется штурм.

Теперь главным фактором стало время. Кто первым займет боевые позиции и успеет подготовиться?

Из‑за соседнего валуна навстречу метнулась тень. Макс успел наполовину выдернуть меч из ножен, прежде чем узнал наконец ее владельца. Мэриэн. В новом, до блеска начищенном шлеме и со щитом. На чешуйках доспеха отражалось красноватое зарево подземного огня.

– Прости, опоздала… Как тут дела?

– Бардак, – коротко ответил Макс. – Полный. Не представляю, что тут вообще можно сделать. У нас здесь семьдесят человек – и каждый считает, что уж он‑то без всяких приказов знает, что надо делать. И уж точно никто не хочет понапрасну рисковать своим драгоценным здоровьем под этими стенами.

Мэриэн слабо улыбнулась:

– Логично. Зачем умирать, чтобы расчистить кому‑нибудь другому дорогу к главному призу?

– Угу. Вот в такие моменты и начинаешь понимать, почему союзы нескольких команд такое редкое явление. Какой в них вообще смысл, если каждый все равно тянет одеяло на себя? А Анжела еще пытается представить дело так, будто это я во всем виноват.

– Анжела? – Мэриэн едва заметно нахмурилась. – А что она?

– Ну, – Макс пожал плечами, – всего лишь пообещала меня убить.

– Вот как? Тогда я даже не знаю, кому из вас пожелать удачи.

Воительница беззаботно хихикнула. Макс беззвучно вздохнул и, придержав ее за плечо, остановился. Чешуйки кольчуги колючим холодком обожгли ладонь.

– Мэриэн… Пожалуйста, будь осторожнее. Не лезь на рожон понапрасну – всех темных все равно не перебьешь.