– Она едва знала Ниер. А это – ее брат, который вовсе с Ниер не знаком, – поспешно заметила Марло.

– Ну, ну, что из этого? – сказал солдат. – Я капрал Ибан. Где твои манеры, Марло? Пригласи этих добрых друзей Ниер войти!

Он отступил от двери назад.

– Я Коррин, – повторила Аманда, когда они вошли в маленькую комнатку, которая одновременно служила кухней, столовой и гостиной. – Моего брата зовут Каспар.

Водопроводная раковина, кухонная плита и шкафы занимали угол направо от двери. А на столе стояла бутылка с бесцветной жидкостью, на три четверти полная, рядом – полупустая стопка. Кроме этой мебели в комнате находилось еще несколько стульев, а также скамья со спинкой. На сиденье скамьи лежали подушки, явно самодельные.

– Ну, Коррин, ты действительно лилия калла, – сказал Ибан. Он оглядел Аманду и слегка усмехнулся. – Это цветок, который растет на Земле. Я видел его на картинке, и ты в точности на него похожа.

Он широким жестом указал в сторону стола.

– Усаживайтесь, – предложил он, и сам сел на стул, уже стоявший у стола. – Берите себе стулья. Давайте знакомиться.

Марло поспешила им на помощь.

– Я не говорил, что тебе можно сесть! – Голос Ибана внезапно сделался неприятным, а глаза уставились на Марло.

Хэл почувствовал, как внутри него разгорается маленький уголек гнева. Возможно, он мог больше не считать себя дорсайцем; но тем не менее в нем еще осталось достаточно силы и умения, чтобы разделаться с этим наглецом с дряблыми мускулами…

Хэл сумел справиться с собой. Такой способ не годился. Он понял это давным‑давно.

– Я только хотела помочь.

– А, тогда все в порядке. Да, помоги. Давайте выпьем. Принеси рюмки, женщина!

Марло поспешила достать еще две стопки.

Ибан рассмеялся и выпил, а затем снова рассмеялся. Увидев, что на столе теперь стоят еще две стопки, он понемногу налил в каждую. – Пейте.

Аманда сделала из своей крохотный глоток и снова поставила ее.

– Это крепкое, – сказала она.

– О да, это крепкое, – подтвердил Ибан. Хэл попробовал определить, откуда тот родом. Он явно не был ни экзотом, ни квакером, ни дорсайцем, или же каким‑то гибридом любых из этих субкультур. Недостаточно образованный, чтобы оказаться жителем Кассиды или Ньютона. Он, возможно, уроженец Новой Земли или Сеты. Внезапно Ибан повернулся к нему.

– Ты, Каспар! – резко бросил он. – Пей!

Хэл поднял свою стопку и проглотил немного налитой туда жидкости. Это был напиток большой крепости, чуть‑чуть слишком мягкий на вкус, чтобы его мог произвести какой‑нибудь самогонщик. Хэл подумал, что если у Ибана возникло желание поразвлечься, наблюдая, как незнакомец опьянеет (поскольку алкоголь был непривычен большинству экзотов), он очень ошибался. Хэл совершенно не пил спиртного в течение трех лет, но на Коби он обнаружил, что для того, чтобы напоить его, потребуется большее количество алкоголя, чем для обычных людей.

– Каспар, – сказал Ибан. Он налил в стопку Хэла чуть большую порцию. – Каспар – собачье имя. Каспар хороший. Вылакай это, Каспар.

Хэл поднял стопку.

– Я сказал: «Вылакай это!» – рявкнул Ибан. – Не пей, Каспар. А вылакай!

– Мой язык слишком короткий, – мягко ответил Хэл и засунул свой язык в стопку, чтобы показать, что не может достать им до жидкости внутри ее.