Вместо того, чтобы увидеть перед собой привычный ландшафт стандартной двухкилометровой зоны известного всем тамбура под Питером, у Соснового Бора, Штурман с изумлением обнаружил вокруг совсем иную картину.

Обычно выходящий в Сосновом Бору сразу замечал неподалеку длинный глубокий овраг, которым когда-то можно было воспользоваться для защиты от пулеметов блокпостов. То обстоятельство, что овраг, как правило, оказывался местами минированным, только придавало остроты этому популярному сталкерскому аттракциону «Бег по краю, из света в тень перелетая». Временно тут имелась возможность укрыться от нескромных глаз военных и за обугленным остовом какого-нибудь незадачливого механоида — здешние окрестности всегда радовали новоприбывших старым ходячим железом.

«Эх, золотые времена были», — озадаченно думал Штурман, изучая обстановку и все отчаянней хмуря брови.

Он никогда не попадал прежде в это место, хотя и не раз ходил в Сосновый Бор.

Кругом, куда ни кинь глаз, тянулись роскошные болота, совсем как в фильмах малобюджетных ужасов. Чахлые березки, искривленные ивы, торчащие из черной, торфяной воды, и частые кочки, не вызывающие ни толики доверия.

Плюс — единственная тропинка, которая петляла между кочками и исчезала в ближайшем ельнике. Тропинка хорошо утоптанная. Движение тут, судя по всему, вполне интенсивное. Но Юлу Клевцову она почему-то сразу напомнила известную ретропесню «Билет в один конец».

Кто проложил эту тропу из никогда прежде не виденной Штурманом зоны тамбура?

И куда она вела?

На эти вопросы можно было получить ответ, лишь согласившись взять «билет в один конец» и пройти тропою хотя бы до ельника.

Штурман первым делом отвел в сторонку Семенова.

— Ну, и где тут ваш Бор? В смысле — сосны где? Что-то я забыл свои очки, ничего не разберу, — сварливо сообщил он «варягу».

— Ну, как, — буркнул простодушный верзила. — То ж не настоящий бор! А город-призрак.

— Угу, — кивнул Штурман. — А призрак где?

— Видать, не здесь, — поразмыслив немного, сокрушенно развел руками Семенов. Будто это лично он, сталкер Митрофан Семенов, повинен в том, что вместо руин зданий и опушенных автонной порослью улиц тут лежат одни болота, из которых торчат унылые рахиты, которые и деревьями-то назвать совестно.

— Превосходно. А здесь тогда — что? Где мы, дорогой ты мой Митрофан?

На сей раз размышления великана затянулись надолго. Юлу же ничего не оставалось, как терпеливо ждать. В конце концов, кто еще, кроме «варягов», давно уже контролирующих большую часть территории этой локации Пятизонья, может знать, куда их в очередной раз выбросило гипером?

— Новая локация, — наконец изрек Семенов. — Да, именно так. Здесь новая локация, вот что.

За спиной Штурмана раздался истерический смешок. Это Вырин в присущем ему стиле отреагировал на глубокомысленный вывод «варяга».

— А поскольку вы в Сосновом Бору не прописаны, то идти мне, — отрезал Семенов. — Прогуляюсь, поосмотрюсь маленько, глядишь, и сориентируемся, что да как.

— Я с тобой, — решительно шагнул вперед Брат Федор. — По всему видать, здесь начинается как раз моя работа.

Он кивнул на тропинку, петлявшую между болотными кочками вполне предательского вида.

— Я настроил имплантат на частоту командира, — сообщил Мизгирь. — Рекомендую всем остальным.

И тоже подошел к Семенову, занимая левый фланг их маленького авангарда, ближе к кромке болот.

Как ни странно, следующим из группы за ними увязался Вырин.

— Должен же кто-то прикрывать отход, — проворчал он, отводя глаза и крепко сжимая в руках свой неразлучный пистолет-пулемет Карташова.