Мистер Баунти слегка отстранился от нее.

— Платон полагал, что обладание качествами, которые вы описываете, можно определить по лицу человека, — ответил он, поднимая на нее взгляд, — а не по форме головы.

— Тем не менее, — быстро парировала Корделия, — и греки считали, что особенности мышления и памяти все же лучше определяются по форме головы.

Ее сердце вдруг начало биться в бешеном ритме: она и представить себе не могла, что придется обсуждать древних греков уже в первую встречу.

Корделия снова привлекла его голову к себе, но сделала это очень мягко.

— Я изучала френологию и ее историю довольно долго, — сказала она. — Френологи считают, что изучение особенностей строения черепа может быть полезно при составлении общего портрета человека. Это вид, — она выдержала паузу, стараясь вспомнить правильную формулировку, — физиологии головного мозга.

— А как укладывается в эти постулаты гипнофренология?

Корделия глубоко вздохнула и опустила руки, потом обошла стул и села рядом. Она увидела, каким умом светятся его глаза. Ее сердце билось все быстрее, и она начала читать по памяти, все ускоряя темп речи:

— Доктор Месмер полагал, что животный магнетизм, как он называл его, может помочь загипнотизированному человеку заметно улучшить свои умственные возможности. Кроме того, как я убедилась после посещения лекции, которая проводилась в университетской больнице, гипноз способен значительно снизить болевой порог у пациентов. Но вам, мистер Баунти, не требуются ни первое, ни второе!

— Все же полагаю, что гипноз в сочетании с френологией, о котором вы писали в своем объявлении, — это нечто иное.

— Я не совсем вас понимаю.

Ей показалось, что у нее сейчас лопнет голова.

Он выдержал секундную паузу, после чего добавил:

— Может, я ошибаюсь, миссис Дюпон, простите меня. — Мистер Баунти решил обойти опасную тему и улыбнулся. — Я просто подумал, что все это, — он обвел глазами комнату, обращая внимание на звезды и задрапированные зеркала, — своего рода трюк.

— Но как ты можешь?! Не говори так!

Мисс Невилл подошла и села рядом с ними.

— Миссис Дюпон пообещала, что мы будем счастливы вместе. Я собираюсь рассказать об этом маме.

— Я не давала вам обещаний, — быстро поправила ее Корделия.

Она призвала на помощь все свое мастерство актрисы, чтобы сохранить величественный вид и гордую осанку.

— Но мне кажется, что все знаки указывают на вашу полную совместимость.

Молодой человек посмотрел на Корделию своими умными глазами, а затем улыбнулся мисс Невилл. «Они будут очень счастливы», — подумала Корделия, и воспоминание о далеком прошлом, озаренном безмятежностью, покоем и радостью, на мгновение тенью омрачило ее лицо и заставило сжаться сердце.

Мистер Баунти потянулся к карману своего жилета.

— О нет, прошу вас, — смущенно сказала Корделия, — плату принимает моя ассистентка.

Она позвонила в колокольчик, чтобы Рилли поняла, что их первые посетители готовы уйти. Рилли изящно завершила музыкальный пассаж. Они услышали ее шаги за ширмой.

— Надеюсь, что родители мисс Невилл придут к тому же выводу, что и я.

Когда они покидали комнату, Корделия чувствовала, что у нее подкашиваются ноги.

— Я взяла семь шиллингов за двоих.

Рилли была так возбуждена, что ее глаза блестели.

— На всякий случай: вдруг у них не хватит денег, чтобы заплатить больше.