— Да, — сказал месье Роланд. Прошла минута, и он добавил: — В тот день от вас требовались нечеловеческие усилия. Я и сам отправился на церемонию, подумав: вдруг вам понадобится моя помощь.

Он заметил ее удивленный взгляд.

— Но вы справились без меня.

Он улыбнулся.

— Я сидел в темном углу. Передо мной будто заново предстали Кити и Хестер. Невеста была так же прекрасна, как в свое время Кити. А Морган чем-то очень похож на вас. Я не мог бы поручиться за ваше внешнее сходство, но все же в нем есть что-то от вас.

Он сделал вид, что не заметил, как по ее щеке скатилась одинокая слеза. Она смахнула ее, словно ей попала соринка в глаз.

— А Гвенлиам действительно напоминает Хестер. Было так странно и так отрадно увидеть ее. Я рад, что посетил церемонию.

— Вы всегда со мной, месье Роланд, — медленно проговорила Корделия.

Они еще какое-то время помолчали.

Она встала и потянулась за своим плащом.

— Я думаю, что, если произойдет что-то важное в жизни Гвенлиам, в жизни любого из них, я узнаю об этом. — Она ощутила, как старая душевная рана тут же напомнила о себе болью, которая захлестнула ее волной и так же быстро отступила. — И хотя я знаю, что не могу разделить с ними их жизнь, и это не может не причинять мне страданий, я все же рада, что увидела их.

— Да, — произнес он. — Теперь они ожили, Корделия. Они уже не призраки из снов о прошлом.

— Этот принц Альберт придает огромное значение празднованию Рождества, — сказала Рилли, указывая на картинку с изображением украшенной свечами и игрушками елки, которую напечатали в «Кроникл».

Стоял воскресный день. За окном валил снег. Он засыпал уже запорошенный мягким белым ковром маленький сад. Однако они знали, что всего в полумиле отсюда снег, не долетая до земли, превращается в воду и покрывает землю грязным месивом. Они разожгли камины в комнатах наверху, чтобы старенькие леди не мерзли. Камин горел и в гостиной. Корделия сама позаботилась об этом. Рилли и Нелли приготовили огромное блюдо говядины и картофеля. Регина развлекала их тем, что зачитывала отрывки из газетных статей.

— Только прочитай вот это, Рилли, — обратилась Регина к Рилли, вручая газету. — Это не какая-то там маленькая заметка, а настоящий репортаж из «Таймс». Месье Роланд оставил ее здесь на днях. Я и не знала, что газеты могут быть такими интересными. Оказывается, сейчас идет война в Афганистане, — вы когда-нибудь слышали о такой стране? Я-то считала, что мы воюем только с французами. Как бы то ни было, продолжай. — И миссис Спунс, облокотившись о стол, кивнула, демонстрируя удовольствие, словно знала, что сейчас за чтение примется ее дочь.

Рилли читала, старательно интонируя текст, — профессиональная подготовка актрисы всегда давала о себе знать.

— «В прошлый вторник утром была совершена попытка убийства девушки по имени Элизабет Магнус, которая прислуживает в таверне «Окшн Март», расположенном в городе. Покушение совершил молодой человек, работавший слугой в этом же заведении. После того как он разрядил пистолет в жертву, пуля застряла в корсете, едва не прострелив правый бок девушки. Нападавший попытался сразу же после этого перерезать себе горло…»

Рилли покачала головой, взглянула на Регину и закончила:

— «…однако его арестовали до того, как он успел совершить самоубийство. Причиной драмы, как утверждают очевидцы, является неразделенная любовь. Ожидается, что девушка выздоровеет в ближайшее время».

Корделия разразилась смехом. Регине хотелось теперь почитать сообщение о том, как избавиться от большого живота, но Рилли, которая тоже едва сдерживала смех, отправила старушек наверх, чтобы они могли насладиться послеобеденным сном.