— Я думаю?! Ты что, совсем спятил?! Как я могу что-то думать, находясь в Манхэттене! Я что, экстрасенс, что ли? Ну, хорошо... Как выглядит этот паршивец?

Кворрелс осторожно выглянул в окно еще раз.

— Трудно сказать. Он очень низко надвинул свою шляпу. О, о! Ветер сорвал ее, и он сейчас гоняется за ней! Так... У него есть усы... Он строен...

— Можешь не продолжать. Могу поспорить, что это Деккер. Телефонный звонок от федерального судьи, а после этого на первом плане появляется нью-йоркский детектив, который начинает размахивать ордерами... Все понятно. У них в оперативной группе такой стиль работы, уж я-то знаю... Если у нас здесь светится сержант из состава федеральной оперативной группы. С усами. То это может быть только Деккер. Черт, мы не можем позволить ему скрыться с этим траханым планом вместимости! Где там твой Бускаглия?

— Здесь, Он с самого утра гуляет по арене с новыми охранниками из «Менеджмент Системс», Показывает им все тут. Потом мы планировали сесть вместе с ним за мой стол и подумать о денежном довольствии этих ребят.

— Бускаглия сделает все, чтобы украсть из этих пособий кое-что себе в карман. Уж я-то его знаю, засранца! Только пусть он займется этим в какое-нибудь другое время. А сейчас этот сморчок должен отрабатывать свою зарплату у нас. Давай его к трубке! Мне нужно, чтобы он вернул этот сраный план!

На верхней губе Кворрелса выступила испарина.

— Конни, но ведь этот парень на парковочной стоянке служит в полиции... Неужели мы будем его...

— Москович! А ну, сейчас же заткнись. Пока я не нассал тебе прямо в рот через трубку! Или ты что же, хочешь посидеть в федеральной тюряге за свое мошенничество?

Сев в машину, Деккер первым делом включил печку и стал разминать свои замерзшие руки, не снимая перчаток. Когда в машине стало более или менее тепло, он включил зажигание. Тут же раздался дружелюбный рокот двигателя. Однако прежде чем он смог вырулить из парковочной стоянки на дорогу, откуда ни возьмись, появились две машины, которые загородили ему путь.

Дверцы открылись, и к «Мерседесу» Деккера заспешили какие-то мужики. У двоих было оружие.

Один из них, — в красной шапке и овечьей куртке, — постучал в окно машины Деккера прикладом своего «Магнума-357».

— Руки на голову, — сказал он. — Если попытаешься сделать что-нибудь иное, я пробью одну предупредительную дырку в твоей глупой башке.

Деккер глянул направо. Второй парень, — он был крепок и бородат, — опустился на одно колено и направил на Деккера свой пистолет двадцать второго калибра, держа его обеими руками. Ствол глядел детективу прямо в правое ухо.

— Эй ты, задница, — проговорил Красная Шапочка. — Я сказал: руки на голову и вон из машины!

— Я полицейский. Моя бляха во внутреннем кармане пальто. У меня федеральный ордер...

— Тем хуже для тебя, дерьмо поганое!

Красная Шапочка прицелился своим «Магнумом» Деккеру в левый висок.

Детектив осторожно открыл дверцу, распахнул ее ногой. Затем вышел из машины и положил руки на голову.

Красная Шапочка чуть отступил назад, все еще держа на мушке Деккера.

— Пушку, — скомандовал он коротко.

Третий бандит в синей куртке и клетчатой охотничьей шапочке подошел к Деккеру, распахнул пальто на нем, то же самое сделал с пиджаком, порвав на нем все пуговицы, и достал из кобуры «Смит-и-Вессон» тридцать восьмого калибра. Он положил его к себе в карман и отошел.

Красная Шапочка наконец убрал свой «Магнум», положил его в карман своих джинсов и проговорил:

— Чем больше будешь упираться, тем болезненнее будешь умирать.