Хотя орал я не столько от боли, а от тупости происходящего.

Ну что мне стоило быть аккуратней?!

Ведь сейчас время — это самое ценное, что у нас есть.

Я достал из Инвентаря предпоследнее зелье Здоровья, залил в себя и, так и не чувствуя правой руки, прибавил ходу.

Снайперку пришлось убрать и вооружиться кортиком, который я хотел подарить Хмурому.

Кстати, добивать раненых ножом оказалось в разы сложнее, чем стреляя издалека и меня все же разок вывернуло.

По ходу дела, я занимался мародёркой. Точнее, сбором трофеев. Оружие, доспехи, клинки не брал. Только артефакты типа колец или амулетов.

Я бы, конечно, на месте наемников не брал бы с собой на дело ничего ценного, но вдруг повезет и в Пространственных карманах окажется что-то ценное?

Эх, мне бы полчасика, и вопрос брони для моей будущей гвардии был бы частично закрыт, но… клубы пыли потихоньку приближались, а я ещё не проверил холм.

Зачем я туда полез?

Во-первых, Оуту требовалось пара-тройка минут на восстановления — зелья и свитков я на него не пожалел, но даже магия не всесильна.

Во-вторых, из головы не шёл хвойный аромат.

В-третьих, с холма тянуло настолько острым разочарованием и чувством вины, что я просто не мог пройти мимо.

Да и в-четвертых, надо было осмотреться куда двигаться дальше.

Наскоро поднявшись на холм, я первым делом убедился, что поблизости нет недобитых Алых, затем внимательно посмотрел на поднимающиеся клубы пыли.

К нам стремительно приближались всадники, и это была однозначно плохая новость. Хорошей новостью было, что их, судя по клубам пыли, было немного.

Бежать? Или устроить засаду?

По идее, минуты три-четыре у меня точно есть… Но в любом случае, надо поспешить.

Я пожелал про себя этим всадникам споткнуться и разбить себе головы и побежал дальше — на источник ярких эмоций.

На холме находились валуны, кусты и обгоревший остов недостроенного домика, но несмотря на богатство укрытий, выжил почему-то лишь один Алый, пальнувший мне в спину.

И это было удивительно.

Источник эмоций я обнаружил за один из валунов. И это был Хмурый.

Всё-таки не послушал капитана и полез на холм, подавлять огневые точки противника, пожертвовав собой ради прорыва Жижека.

Герой, чего уж тут сказать! Причем, пока что живой.

Мой денщик лежал в окружение трех тел Алых и матерился сквозь кашель.

Распоротая и кое как перевязанная нога, окровавленная рука, сжимающая длинный нож, глубокая рана живота и тонкая струйка крови, текущая изо рта солдата.

— Добей! — зло сверкнул глазами Хмурый, сплюнув кровью себе на грудь. — Ну!

— А тебе, кстати, нож купил в подарок, — я продемонстрировал солдату кортик. — Правда мне пришлось им воспользоваться… Но ты, надеюсь, не в обиде.

— До-бей, — Хмурый зажмурился то ли от боли, то ли от досады.

— На-ка лучше попей, — в рифму ответил я, вливая в него последнее зелье.

Солдат дергал головой, не давая мне ему помочь, но я всё же справился.

— Зря, — прохрипел Хмурый и зашёлся кашлем напополам с кровью. — О… обуза!

— Во-первых, — я достал из Пространственного кармана зелье Малой регенерации и вылил половину на живот, а второю на ногу. — Мы своих не бросаем.

Я и не надеялся, что зелье поможет залечить раны — микробы убьет и кровь остановит — уже хорошо.

— Во-вторых, — я продемонстрировал ему Кольцо Контрабандиста, — я не собираюсь тебя тащить на загривке.

— Ушлый… — покачал головой Хмурый, а дикое желание жить, вперемешку с досадой и разочарованием сменилось облегчением.

Все-таки хорошо, когда тебе плохо, но есть кому о тебе позаботиться.