— Похоже на внушительный стратегический план, — рассмеялся Патрик.

Мелани улыбнулась и подумала, что должна быть благодарна Джефри. Ему удалось расшевелить ее отца до такой степени, что тот даже согласился на столь непростой для себя шаг. Хотя ему будет полезно выбраться из привычных стен куда-нибудь на природу и провести там несколько часов. Однако благодарность Мелани омрачалась чувством неловкости, которое она ощущала при мысли о предстоящем пикнике.

Патрик прав. Многие лучшие моменты их семейной жизни были связаны с такими вот стихийными вылазками. Но она не хотела воскрешать в душе эти воспоминания. И не хотела думать о невероятной нежности, которую, как ей показалось, она недавно уловила в глазах Джефри. Если ее муж вернулся сюда, чтобы получить разрешение на развод, ее бедное сердце окажется окончательно разбитым. Но и в том случае, если Джефри ждет примирения, он будет разочарован: Мелани ни в косм случае не позволит себе снова влюбиться в него…

4

Парк «Феникс» был излюбленным местом семейного отдыха в погожие дни, а особенно в субботу и в воскресенье, когда дети не посещают школу.

Нынешний выходной тоже не стал исключением. К тому моменту, когда Джефри, Мелани и Патрик добрались наконец-то до парка, игровая площадка уже была полна шумящих детишек. На скамейках с журналами или вязаньем сидели их матери и бабушки, то и дело поглядывающие на своих чад.

Мелани выбрала для привала самое удаленное от детской площадки место. Джефри Морланд, пока нес кресло Патрика под мощный раскидистый дуб, подумал, что сделала она это не случайно.

Их новорожденный сын прожил всего лишь один час. Почему остановилось его маленькое сердце? Зачем судьбе потребовалось вернуть его вечности, в то время как малыша так ждали здесь, на земле?.. Им, родителям, конечно же выдали медицинское заключение с точным диагнозом. Выяснилось, что ребенок родился с тяжелейшим пороком, и даже срочная операция вряд ли могла ему помочь. Но эта определенность не приуменьшила тяжести свалившейся на них беды.

Если бы их сын был жив, они бы всей семьей приезжали с ним сюда, в парк, играли в мяч, бегали наперегонки и катались на карусели…

Джефри поставил кресло под деревом и вернулся к машине за Патриком. Пока он нес старика на руках, Мелани подхватила одеяло, корзину с продуктами и поспешила за ними.

— Лисенку будет полезно немного развеяться на солнышке, — сказал отец Мелани своему зятю, в то время как тот устраивал его в кресле. — Боюсь, я стал страшной обузой для нее.

— Она не так уж плохо выглядит, так что не кори себя попусту, — ответил ему Джефри.

— Может, вы прекратите говорить обо мне так, словно я отсутствую? — возмутилась Мелани, расстилая одеяло на траве и устраивая в центре него корзину.

— Согласен, но моя дочь умеет держать себя в руках, — как ни в чем не бывало добавил Патрик, подмигнув при этом Джефри.

— Ха-ха, очень смешно! — сухо заметила она. — Лучше ответьте на главный вопрос дня: мы сначала перекусим, а затем устроим психоанализ или наоборот?

— Конечно, прежде стоит поесть, — тут же откликнулся Джефри. — Не знаю, как остальные, но я лучше соображаю на сытый желудок.

— Точно, — поддакнул ему Патрик. Он запрокинул голову и вздохнул полной грудью, демонстрируя умиротворение.

Джефри переключил внимание на Мелани, которая в этот момент вытаскивала еду из корзины и раскладывала по пластмассовым тарелкам. В тонком белом свитере и голубых джинсах она выглядела как девчонка.

Когда он впервые увидел свою будущую жену — им обоим тогда стукнуло по шестнадцать, — на ней тоже была белая кофточка.