— А я ничего не знаю, — обиженно проговорил он.

— Хотелось рассказать об этом всем сразу, но, к сожалению, всех собрать никак нельзя.

Профессор, очевидно, имел в виду своих друзей, но они и в самом деле были так загружены работой, что ему пришлось ограничиться мною и Тарасом.

Когда нам подали завтрак, Аркадий Михайлович начал рассказывать о своей новой службе:

— До сих пор я молчал, так как не все было выяснено. Собственно, идею, о которой вы сейчас от меня услышите, подсказал мне Ярослав. Как-то, рассказывая, что на Глубинном пути строят большие вокзалы и что для оформления их приглашены лучшие архитекторы, он предложил мне подумать, нельзя ли украсить эти вокзалы растениями. Я об этом долго думал и размечтался вовсю; даже начал в воображении устраивать там подземные сады, цветники и оранжереи. И в самом деле, почему бы на таких глубинах и не создать колоссальную оранжерею? Температура там идеально равномерная и такая, что даст возможность выращивать самых нежных представителей тропической флоры. Воды там сколько угодно. Соответствующий грунт создать нетрудно — всегда можно добавить необходимые химические удобрения. Необходимое количество углекислоты мы тоже дадим. Остается только проблема света. Как подать в подземелье солнечный свет? Я решил, что солнце можно заменить большими кварцевыми лампами, которые будут периодически на несколько минут зажигаться на протяжении каждого часа. Это будет полезно не только для растений, но и для людей, там работающих. И вот в моем воображении возникли эти сады-цветники. Я уже видел вокруг подземных вокзалов кусты роз, ирисы, астры, цветущую сирень.

— А в сирени щелкают соловьи, — заметил, перебивая профессора, Тарас.

— Ты, Тарас, скептик! — возмутился ботаник.

— Нет, я говорю совершенно серьезно, Аркадий Михайлович! Почему нельзя населить подземные сады птицами? Ведь будет веселее. Можно даже ульи с пчелами поставить.

Аркадий Михайлович довольно засмеялся. Очевидно, он почувствовал в словах мальчика веру в свои фантастические замыслы.

— Я и сам уже думал, — Аркадий Михайлович повертел в руках вилку, — я и сам думал, что хорошо бы расширить границы биосферы, завоевать для нее подземные глубины, создать как бы нижний этаж для растений. Мне уже снились подземные поля и леса. Но пока сделаем первую попытку на глубинных станциях нашего туннеля.

Завтрак проходил в оживленной беседе о том, какие деревья, цветы и травы нужно насаждать в подземельях Глубинного пути между Москвой и Дальним Востоком. Мы старались представить себе, каковы на вкус будут фрукты из подземных садов.

— Посадим там землянику и клубнику, — уговаривал Тарас, — и будем варить из них варенье. Мне обязательно пенку!

— Ну, пенки еще долгонько придется ждать, — смеялся ботаник.

— А как же теперь я, когда вы, Аркадий Михайлович, на службе? — вдруг спросил мальчик.

— Ты? Ты тоже на службе. О твоем назначении тоже подписан приказ.

— И меня не спросили?

— Я думал, что ты не станешь возражать.

— Конечно, нет. Значит, я поступил на службу? Первый раз в жизни! Очень рад. А скажите, деньги мне платить будут?

— Обязательно. Сто рублей в месяц.

— Кажется, довольно мало, Аркадий Михайлович.

— Хватит тебе на первый раз.

Тарас помолчал, а потом снова обратился к профессору.

— Аркадий Михайлович, знаете что?.. Если бы нам дали автомобиль, то я бы… отказался от зарплаты.

— Ишь чего захотел. А почему тебя не интересуют твои новые обязанности?

— Как не интересуют? Очень даже интересуют, Аркадий Михайлович.