— Для разговора с партнером по бизнесу? — Он повернулся на переднем сиденье, чтобы видеть мое лицо. Свет от вывески «Реле» придавал ему несколько кривобокий вид.

— А вы сами взяли с собой оружие, господин Скурлети?

— Разумеется, нет. — Похоже, такое предположение показалось ему обидным. — Мне приходится много путешествовать, и при прохождении таможни могут возникнуть сложности с оружием. В любом случае мы в «Трансмонде» сотрудничаем только с серьезными деловыми интересами. Мы стремимся избегать насилия.

— Очень приятно это слышать. Я предлагаю вам проехать метров пятьсот по направлению к Ницце. Там мы сможем остановиться, и вы ознакомитесь с документами, о которых мы говорили. Затем обсудим нашу сделку. Согласны?

— Согласен.

Он вел машину старательно, но неумело, и я порадовался, что ехать недалеко. Для встречи я выбрал небольшую ложбинку на склоне горы, куда бригады дорожных рабочих сбрасывали снятый асфальт и щебенку. Скурлети одобрительно осмотрелся, а затем выключил свет.

— Если проезжающие полицейские поинтересуются, зачем мы тут остановились, всегда можно сказать, что пришлось срочно ответить на зов природы. Вы сумеете спрятаться вон за той грудой камней, да?

— Буду иметь в виду, — ответил я, — но надеюсь, мы простоим здесь недолго. На этом этапе я дам вам прочитать несколько документов.

— Я подготовился.

Он достал из бардачка массивный фонарь и маленькую лупу из кармана.

— Я дам вам их прочитать на определенных условиях, — сказал я.

— Каких? — Его губы плотно сомкнулись над зубами.

— Только один раз, не делая никаких записей.

Скурлети немного подумал.

— Это не совсем приемлемо. Мне надо внимательно осмотреть хотя бы один документ.

— Зачем?

— Правильно я понимаю, что эти документы написаны полковником Арбилем собственноручно?

— Да.

— Хорошо. Моих доверителей интересуют только оригиналы. Поэтому я должен убедиться, что это не подделка. — Он протестующе поднял руку. — Это не значит, что я вам не доверяю, господин Маас. Вы представляетесь мне весьма разумным человеком. Но в конце концов, вы всего лишь посредник. Мы оба должны защищать интересы своих доверителей, так?

— Логично.

— У меня здесь, — он похлопал себя по груди, — образец почерка полковника Арбиля. Мне необходимо, и я на этом настаиваю, сравнить образец с этим документом.

Я притворился, будто обдумываю, а потом кивнул:

— Разумно.

Он просиял:

— Видите! Наши переговоры продвигаются.

— Потому что я иду на уступки. Дальше так продолжаться не будет.

Его зубы по-прежнему блестели.

— Вы очень интересный молодой человек, господин Маас. Очень интересный. Приятно с вами работать.

— Очень любезно с вашей стороны. Но надеюсь, мы понимаем друг друга. Я разрешаю вам сравнить документ с образцом, который у вас есть. Затем один раз прочитать. Не делая пометок. Сразу же, как только прочтете, вы мне его возвращаете.

— Согласен.

Я дал ему конверт и стал смотреть, как он работает. Скурлети достал из бумажника крокодиловой кожи образец, положил его на сиденье рядом с собой и включил фонарик.

По-видимому, у него хранилось письмо, написанное на бланке гостиницы, хотя я не мог различить название. Зеленые чернила были те же самые. Он достал папку из конверта, взглянул на надпись на обложке, затем аккуратно раскрыл ее и положил образец рядом с первой страницей. Фонарь, который Скурлети пристроил на кромку переднего сиденья, когда он наклонился, скатился вниз.