Сложнее всего было взять в руку трубку войс-аппарата. Она казалась все еще теплой после вчерашнего звонка. Однако времени на страх не было. Досчитав до ста и убедившись в том, что дыхание его выровнялось, Маан набрал номер.

Трубка отозвалась не сразу, прошло минуты пол, прежде чем раздался сигнал соединения.

— Отдел!

— Тай-йин, сколько раз я просил отвечать по форме, когда дежуришь?

— Шеф? Ничего себе! Я…

— Не кричи, я чуть не оглох. У стариков, конечно, бывают проблемы со слухом, но, уверяю, я держусь еще достаточно бодро.

— Извините, просто не ожидал вас услышать, — было слышно, как Тай-йин шепчет что-то находящемуся рядом. Судя по всему, Мвези, — Как вы?

— Неплохо сохранился, Тай-йин, спасибо. Не мог позвонить раньше, всякие, знаешь, процедуры, гимнастика… Прорву времени отнимает.

— Конечно. Понимаю. Конечно.

— Мне, разумеется, интересно, что вы там успели без меня натворить в отделе, но это потом. Когда выйду на службу. Сейчас мне нужна одна небольшая услуга. Слушаешь меня?

— Так точно, — сказал Тай-йин по-армейски, вне сомнения обращаясь сейчас в слух, — Что скажете.

— Я разбираю старые носители. У меня их целая коробка. Дочь любит снимки делать… Будет, что на пенсии посмотреть, пожалуй. Нашел какой-то странный, вроде бы не из домашних. Думаю вот, может служебный случайно прихватил… И просмотреть не могу, пару дней назад дисплей у инфо-терминала разбил. Ты не глянешь?

— Сущая ерунда. Вставьте носитель в инфо-терминал, я подключусь к нему отсюда и посмотрю, что внутри.

— Спасибо, Тай-йин, уже вставил. Ну и да, если вдруг там что-то рабочее, снеси ребятам Мунна, в лабораторию. Пусть анализ сделают или что у них там положено. Понятия не имею, что в последний раз снимал и где.

— Десять минут, шеф, и готово.

— Отлично. Ну тогда вызови меня, как выйдет. Отбой.

— Отбой!

Положив трубку, Маан обнаружил, что задыхается — точно за все время разговора не сделал ни единого вдоха. Сердце гулко билось в груди, как после подъема по крутой лестнице на несколько уровней. Но Маан был уверен, что сделал все правильно и достаточно осторожно. Конечно, Тай-йин любопытен, но на визоре заблаговременно была выставлена неверная дата — ни один эксперт не распознает, где и когда был сделан снимок.

«Возможно, только что я отослал свой собственный приговор своим же палачам, — подумал Маан мрачно, разглядывая молчащий войс-аппарат, — Но нет. Такого старого пса, как я, на этом не возьмешь. И у меня наконец будут доказательства. Доказательства того, мертв я или нет».

Он не ожидал звонка в скором времени: пока Тай-йин скопирует информацию, пока отнесет носитель в лабораторию, пока вечно занятые ребята Мунна найдут время взглянуть… Поэтому когда войс-аппарат издал резкий гудок, Маан вздрогнул, как от выстрела.

— Да? — сказал он в трубку.

Забранное сеткой отверстие динамика сейчас отчего-то казалось началом гигантского многокилометрового трубопровода. На другом конце которого кто-то пристально смотрел ему прямо в лицо. Ему даже показалось, что он чувствует запах чужого дыхания.

— Я, шеф.