Маан скрипнул зубами. Звук вышел неприятный.

— Так значит, у тебя в пациентах уже пару месяцев ходит покойник? Ого.

— Не готов оценить шутку. Если человек прожил дольше, чем я предполагал, я этому не огорчусь.

— Он уже прожил в два раза дольше, чем ты ему обещал.

— И дай Бог чтобы прожил еще год! — воскликнул Чандрама, — Человеческий организм — сложнейшее устройство, Маан. И если ты можешь влезть в него с микроскопом, это еще не говорит о том, что ты все про него знаешь. В медицине регулярно встречаются случаи, объяснить которые не возьмется и самый опытный врач этой Галактики. Исцеления смертельно-больных людей — редкость, которая нет-нет, да и случается. Впрочем, не знаю, уместно ли говорить об исцелении… — лицо Чандрама потускнело, — Возможно, речь просто идет о скрытых резервах организма. Он мог выиграть время, только и всего.

— Или он уже опутал всю квартиру паутиной, а сам висит под потолком вниз головой, — вставил Маан, — Четыре месяца — это очень большой срок.

— Ты невозможен. Его зовут Тцуки, адрес — двадцать второй жилой блок, 11–18. Его дело дать не могу, даже не спрашивай. Запомнил?

— Да.

— Отлично. Когда встретишь его, не передавай от меня привет.

— Хорошо. Еще по рюмке?

— Нет, не стоит. У меня через несколько часов операция.

— Ну, тогда пойду я. Спасибо тебе за осмотр, — Маан поднялся, испытывая отчего-то неловкость. Судя по тому, как быстро Чандрама протянул ему руку, он тоже испытывал смущение.

— Пока, Маан. В следующий раз, будь добр, постарайся предупредить перед визитом.

— Конечно!

Он уже сделал шаг к двери, когда Чандрама вдруг остановил его жестом. И сказал тихо, не глядя в глаза:

— И слушай… Если я вдруг… Ну, когда-нибудь заболею. Вероятность всегда есть. Я врач. В общем… Если ты вдруг придешь ко мне по работе. Предупреди меня заранее, хорошо? Не хочу чтобы…

Маан понял, что тот имеет в виду. Поэтому он просто сказал:

— Да. Я предупрежу. Разумеется.

Воздух в приемной пах не жасмином, он пах по-иному — страхом. И даже самый современный воздушный фильтр ничего не мог с этим поделать. Оставляя за спиной молчащего человека, глядящего ему в спину, Маан не удержался, остановился на пороге и бросил:

— И, черт возьми, перестань наконец менять секретарш!

Оказавшись снаружи, он надел плащ, шляпу, и кивнул удивленной медсестре, после чего спустился по узкой ухоженной лестнице и вышел на улицу.

Там он достал из кармана небольшой войс-аппарат и набрал короткий номер. И когда на другом конце кто-то ответил, кратко сказал:

— Гэйн, ты мне нужен. И лучше бы тебе появиться побыстрее.

Гэйн приехал в условленное место не на белом фургоне Контроля, а на личном автомобиле. Устроившись с газетой на потертой и не очень чистой скамье, Маан наблюдал за тем, как темно-синяя «Кайра» медленно заезжает в парковочную зону. Автомобиль выглядел впечатляюще — темно-синий, вытянутый, обтекаемый, похожий на какой-то космический аппарат. Маан лишь покачал головой, в очередной раз представив, сколько Гэйну приходится расходовать социальных очков чтобы распоряжаться этим механическим чудовищем.

Социальный ценз для владельцев личных транспортных средств был не очень высок — пятьдесят пятый уровень, поэтому автомобили на улицах города встречались достаточно часто и давно не были редкостью. Но добавочные платежи… Каждый час пользования автомобилем тарифицировался и выражался в социальный отчислениях, не говоря уже о том, что автомобиль надо заправлять, обслуживать и парковать.