— Куда ж мне, бабушка, идти?! — горько вопросил портняжка.

— Земля-то круглая, сынок. Куда надумаешь, туда и отправляйся. Авось не пропадёшь.

Так и ушёл портняжка искать счастья при дороге. Не оценили его искусства деревенские щёголи, дровосеки и свинопасы. Вот, долго ли, коротко ли, вышел он на дорогу, поскольку к ней и шёл. Смотрит, караван верблюжий, а при нём богатые купцы. Везут в Париж лионские шелка от самого Магриба. Везут шампанское в ведёрках с Арарата. И, что особенно хорошо, везут кетчуп "Кальве" из Петербурга проездом через Москву. Сразу видно, купцы богатые, коли везут такой дорогой товар!

Наш портняжка прибился к ним и стал развлекать их светскими сплетнями. А те ему признались, что опасаются встретить в здешних местах Робин Гуда. И то сказать, хулиганил он тут знатно. Где плохо что лежит, так обязательно подтибрит. Уж ему выписывали штрафы, записывали в личное дело, срамили прилюдно, вешали на доске позора. Нет, повисит маленько — и опять шарить по дорогам! Одно слово, беспутный малый!

Вот так шли день да два. Портняжка веселится — потешает публику столичным анекдотом. Ну, всё бы хорошо, да вот ведь незадача: купцам сворачивать в Лион, везти туда лионские шелка. У них ведь всё по расписанию: в Вестфалию возят вестфальские окорока. В Страсбург — страсбургские пироги. Каждому товару — своё место!

— Друг наш, повеселил ты нас в дороге, — говорят ему купцы, — Мы тебя не позабудем. Отблагодарим сердечно. Есть у нас одна вещица. Лет сто валяется в обозе, ни одна собака не берёт. Мы сами давно уж не заглядывали и сами уж забыли, чего это такое. Но полагаем так, что вещь эта своему хозяину приносит счастье. Её нам подарил один хороший звездочёт. Найдёте, говорит, приличного человека во Франции, так сразу и дарите ему эту штуку. Пускай порадуется. А нам-то что?! Мы взяли да и подарили! Носи на здоровье, милый друг, не поминай нас лихом!

И с этими словами дали ему такое срамное оловянное кольцо! Где оно у них валялось, кто грыз его от скуки?! Гвозди им, похоже, вырывали из заборов. Бутылки, может, открывали. И все гадости, какие только можно делать при помощи такого дрянного инструмента, наверняка проделали. Может, только не совали кой-куда.

Портняжке этакая штука показалась целым состояньем, и он с горячими слезами и с благодарностью душевной принял в дар такое великое подношенье. А купцы посмеивались гадко промеж себя да исподтишка хихикали над добрым парнем.

— Однако, — говорили они, — не прогадали ль мы, наделив знатока парижских мод кольцом старой образины, волшебника Альмансора. Уж он пророчил, старый кочубей, что колечко это принесёт любому шалопаю великую судьбу, счастье и богатство.

Они и скрыться не успели, как наш портняжка уж про них забыл. Идёт он путём-дорогою и рассуждает:

— Приду в Париж и загоню колечко по большой цене.

Портняжка верит: счастье привалило. Лишь только бы не наткнуться на Робин Гуда, а то у мошенника простое дело: кольцо в карман, а пацана на ёлку!

И вот надо же, какое всё-таки есть в мире гадство! Подумаешь о чём плохом, а оно уж тут как тут!

Выходит на дорогу такой наглый молодец. В парижских модах явно ничего не понимает, но самомнение — выше Нотр-Дама!

Наш парень меленько так задребезжал от страха. Ну, думает, прощай кольцо! А заодно сапожки, галстук, кошелёк (пустой), две пуговицы для будущего салона мод в Париже и пачка сигарет.

— Добрый путник, — так обратился к нему противный Робин Гуд. — Позвольте мне дойти с вами до городу Парижу. Мне тут всё ужасно надоело. А в Париже, говорят, народ сердечный, маленьких не обижают. Я всю дорогу прятался за деревом, боялся ваших спутников ужасных. У меня две денежки в кармане.