Руссо еще раз проинструктировала оператора, отошла от группы и завернула за угол дома. Здесь она увидела Колю: он водрузился на свою коробку и сладко затягивался сигаре-той. Рядом стоял другой мальчик, по виду моложе: у его ног валялся заношенный черный ватник, а сам он примерял темно-вишневую вельветовую куртку, подбитую голубым искусственным мехом. Руссо направилась к Махлаткину.

    -  Тебя Колей зовут? - Лолита подошла почти вплотную и пристально уставилась на подростка, про которого уже не раз слышала кошмарные истории от Бороны и Следова.

    -  Тебе чего надо? - Мальчик сощурился от дыма, наслаждаясь своей независимостью от неизвестной особы, и успокоил второго, тоже курящего мальчика: - Да кури ты, не стремайся - никто тебе ничего не сделает!

    -  Я на телевидении работаю, хочу про вас фильм сделать. - Руссо улыбнулась, присела рядом с Колей, достала сигарету и закурила. - Ты когда-нибудь снимался?

    -  Что? - Коля возмущенно выкатил большие блестящие темно-карие глаза, обретавшие особую выразительность благодаря светлым, крупно вьющимся волосам. - Ты на вокзал пойди - там снимаются, если тебе про них кино хочется сделать!

    -  Да ты не понял, Коля! - Лолита с досадой затянулась. У нее явно не получалось общаться с беднадзором в стиле Бороны. - Я имела в виду, снимали ли тебя на видеокамеру? Извини, если я тебя нечаянно обидела.

    -  А чего меня обижать? Я перед твоей камерой уже пять лет кувыркаюсь. - Коля засмеялся, блеснул своими оленьими глазами. Он докурил сигарету до фильтра и ловко отщелкнул его пальцем в пространство. Окурок закружился в полете и шлепнулся в лужу. Мальчик вытянул губы трубочкой и стал выпускать колечки дыма. Когда их набралось с дюжину, Коля выдохнул последнюю порцию дыма струёй, пронзившей клочковатые кольца. - Голым, что ли? А что делать заставишь?

    -  Да нет, мальчик, я имела в виду совсем другое! - Руссо испытывала смущение перед этим развращенным ребенком и одновременно жалость к нему. Девушка вспомнила, как в первые дни знакомства ей втолковывал Данилыч: «Мы не можем сказать такому ребенку: я тебя люблю! Потому что он понимает любовь только в одном значении и тотчас начинает покорно снимать штаны». - Я просто хотела задать тебе несколько вопросов, например, чем ты хочешь заниматься в жизни, кем стать?

    -  Я хочу работать с конкретными людьми и делать реальные дела, - с готовностью, словно отличник на уроке, быстро заговорил мальчик, направив себе в грудь оба больших пальца. - А по концовке хочу стать авторитетом, чтобы на моем примере все пацаны росли.

    Лолита подумала, что без Бороны у нее вряд ли получится с первой, а то и со второй попытки добиться доверия у этих детей. Она поняла, что чувствует себя рядом с Махлаткиным и этим вторым, чересчур строго изучающим ее мальчиком совершенно наивной, причем не только в отношении секса, а и жизни в целом. Сколько раз этот ребенок оказывался, даже сам того не ведая, в зоне смертельного риска. Но кто же может из него вырасти, если уже сейчас, в двенадцать лет, он узнал то, о чем иные люди за всю свою жизнь даже ни разу не слышали?

    -  Ну что, Колька, дал интервью? Хочешь стать журналистом? - Появившийся Федор оказался для Руссо очень кстати. Оператор следовал за педиатром, полагая, очевидно, что и эти кадры пригодятся при монтаже. - Ты давай-ка, дружок, хотя бы школу закончи, а то совсем пропадешь и никаких следов после себя не оставишь. Тебе вещи все подошли?

    -  Ну да, спасибо, Данилыч, ты меня особенно шузами выручил - век не забуду! - Мальчик развел пальцы, словно хирург перед надеванием операционных перчаток, и благодарно, хотя и несколько шутовски, склонил голову, одновременно указывая своим жестом на черные кожаные сапожки.