-  Слышь, корень, ты как здесь нарисовался? - Денис обернулся на хриплый мальчишеский голос и обнаружил двух ребят, когда-то уже видимых им на этой АЭС.

    Один был чуть пониже Нетакова, но широк и плотен - его, пожалуй, было бы трудно свалить на землю. Лицом он напоминал енота или бурундука, особенно крупными, разреженными верхними резцами.

    Второй был выше Дениса, но гораздо тощее. Рыжий, веснушчатый и прыщавый, он напоминал домашний соломенный веник, которыми торгуют на рынке. Губы у него были синие, а зубы темные, будто он только что ел чернику.

    -  Это наше место, браток, - сказал Веник высоким, почти женским голосом. - Так что линяй отсюда!

    -  А вы что, пацаны, это место купили?

    -  Слышь, дурень, ты не борзей! - Хомяк придвинулся к Нетакову и задышал пивным перегаром. - А то, в натуре, бедным будешь.

    -  А ты меня на понт не бери! - Денис оскалился и сжал кулаки. - Что, башлей мало? Машин-то вон сколько поднаперло!

    -  Мальчики, вы что там столпились? - раздался голос оператора, которой, очевидно, уже не раз приходилось наблюдать подобные сцены и следующие за ними разборки.

    -  Смотри, халява, мы тебя предупредили! - сердито сказал Веник и повел своего дружка на другую линию.

    Нетаков обслужил еще несколько машин, пока не почувствовал, что буквально засыпает с открытыми глазами и начинает путать сон с явью. Ему стали мерещиться белые кружевные занавески, которые мать почему-то вывесила на решетке-ограждении крыши противоположного жилого дома. Идет дождь, дует ветер. Тряпки срываются с решетки и падают вниз…

    Денис очнулся от дремы из-за того, что бензин из опущенного пистолета лился ему на ноги. Мальчик быстро перевел здоровый глаз на счетчик колонки. Двадцать пять. Столько и заказывал. Значит, натекла самая капля. Вдруг не заметит? Клиент действительно оживленно разговаривал со своей соседкой.

    Нетаков закрутил свободной рукой жерло бензобака и направился к водиле за оплатой. В награду тот небрежно сунул ему монету. Мальчик даже не стал ее рассматривать, а машинально сунул в карман. Там он нащупал что-то плоское и, уже доставая, вспомнил: это паспорт, который всучил ему Колька Махлаткин. Клиент дал газ и отчалил. Денис вернулся к колонке, вставил в паз пистолет, положил паспорт на бетонную опалубку и, вяло покачиваясь, заковылял прочь.

    Вскоре документ, шелестящий на ветру замусоленными страницами, заметил очередной клиент АЗС, подобрал его и со словами «Вот, кто-то обронил» сунул в окно кассы:

    Через некоторое время подъехал вишневый «мерс», но остановился не у колонок, а рядом с будкой. Из машины вышел высокий атлет в серебристом спортивном костюме Двое мальчишек, продолжавших шабашить, очень понадеялись, что гость соберется заправляться, но он не обратил на них никакого внимания и направился к кассе. Очевидно, здоровяк собирался о чем-то спросить, но, заметив выставленный за стеклом паспорт с фотографией пожилой женщины, внимательно его рассмотрел, задорно хохотнул и лишь затем склонился к окошку. Кассирша что-то сказала и указала на мальчишек, которые тотчас насторожились и плутовато переглянулись. Атлет подошел к ребятам и спросил: «Пацаны, кто эту ксиву в кассу сдал?» - «Одноглазый бивень, а сам вон туда поканал, мы видели, он, наверное, в бомжином доме дрыхнуть завалился, он и здесь-то горючку мимо бака лил», - услужливо отозвался рыжий мальчишка, а второй, с крупными верхними резцами, сердито добавил: «Да он вообще не здешний: приперся на халяву - мы ему еще и второй глаз на жопу натянем!» Атлет в серебристом костюме вернулся в машину, где на пассажирском месте сидел еще один плечистый мужчина.