|
В проеме двери возник Иззи и поспешил к ним, шлепая сандалиями. — Вот вы где, — сказал он. — Здесь, здесь… — обронил Натан Ли. Он глазами дал знак Иззи присоединяться, и тот пристроился с другого боку. Бен обратил внимание на ступни Натана Ли с недостающими пальцами. — Говорят, ты пытался бежать, — сказал он. — Как и ты, — ответил Натан Ли. В свою очередь, он показал палкой на шрамы Бена и ухо с отсутствующим кончиком. Бен хмыкнул. — Сдается мне, мы похожи. Шрамы на его лице побагровели от холода или отсветов пламени. Они вились по коже, как вены. — Двое симпатичных мужчин? — сказал Натан Ли. Бен хмыкнул опять. — Пожалуй, — сказал он. Иззи переводил взгляд с одного на другого, пытаясь поспеть за ними. Или замедлиться, отстать. Он улавливал некий ритм и выжидал. — Я вот смотрю, ты все слушаешь и слушаешь… — сказал Бен. Он хватал рукой искры, будто насекомых. — Сам когда-то был таким. Закидывал в воздух свою сеть. И вытягивал истории из ветра. Натан Ли молчал, вызывая Бена на разговор. Ведь тот по какой-то причине разыскал его. — Я тоже собирал истории, — сказал Бен. — Опрашивал таких людей, как они. — Наши несчастные братья? — уточнил Натан Ли. Глаза Бена сверкнули. — Проклятые люди, — сказал он. — Те, что на деревьях. «Распятия!» — Когда мне было пятнадцать, я оставил семью и ушел странствовать, — рассказывал Бен. — Ты знаешь, как это бывает у молодых людей. Распирают вопросы, желание познать мир. — Спроси его, — обратился Натан Ли к Иззи на английском. — Куда он ходил? Пришло время прибегнуть к услугам Иззи. Натан Ли не хотел упустить рассказ. Иззи — лучший переводчик — как будто сделался прозрачным: слова собеседников свободно перетекали через него от одного к другому. — Я странствовал по Реке, — говорил Бен. — Без всякой цели брел на юг, к Мертвому морю. Это продолжалось годы. Я порой блуждал неделю, а то и месяц в полном одиночестве, иногда останавливался подработать в деревне. Много бродяг попадалось мне на пути. Время от времени я прибивался то к одной группе, то к другой. Я учился у фарисеев и саддукеев. У еретиков и язычников. Я видел чудеса. Странствующие стоики делили со мной ночлег. Давала приют колония ессеев. Они кормили меня, учили читать и писать. Через три года я покинул их. Мой учитель уговаривал меня остаться. Он гневался, и, полагаю, не без причины. Но мне надо было искать свой путь. Бен умолк. Натан Ли подложил новое полено и пошуровал им в огне. — Какой путь? — Тот, что можно сыскать, лишь пройдя через самую необжитую землю — пустыню, — ответил Бен, похлопав себя рукой по груди. — Опасное было место, кишевшее бандитами, пророками и дикими животными. Я думал, такая голая земля вряд ли может скрыть правду. Но ответов я там не нашел. И вот я выбрался из долины и отправился в землю проклятых. Иззи торопливо перевел. Оба ждали продолжения. Когда Бен снова заговорил, услуги Иззи не понадобились. — Голгофа. |
