|
— Я в порядке, Миранда. Отец вытянул палец: мол, еще минутку. Приглядевшись, Натан Ли уловил открытый вызов Миранды отцу. Он проявлялся в деталях. В раковине — немытые тарелки горой, что не в ее привычках, книги свалены на кухонном столе. Вдобавок притащила сюда из спальни статуэтку работы Матисса. Купаясь в солнечных лучах, нагая красавица приковывала к себе внимание. Маленькая негодница будто светилась изнутри — соблазнительными округлостями, бедрами, всем своим обликом. На кухонном столе Натан Ли увидел куб из прозрачного пластика, три дюйма в основании. В его центре было подвешено нечто похожее на ампулу морфия — из тех, что солдаты кололи раненым товарищам. Он много видел таких по пути через Америку и сразу понял: в этой не морфий. Жидкость была желтоватого цвета, как сыворотки крови, которые Миранда показывала ему в морозильных камерах. Нетрудно было предположить: это именно то, что описывал его ночной собеседник, — «Серум-III». Эббот освободился. Одним движением закрыв крышку телефона, он встал и протянул руку. Рукопожатия тоже быстро выходили из моды, но он не колебался. — Натан Ли Свифт, — представился гость. Под пристальным взглядом Эббота он понял: все, что могло быть известно о нем, Эббот знает, включая последний анализ крови. Самый, пожалуй, могущественный человек на планете, Эббот разве что не препарировал любовника своей дочери. — Каково это — воссоединиться с живущими? — спросил Эббот. Его пожатие было уверенным. Этой рукой он управлял людьми. — Когда я улетал, листва желтела, — ответил Натан Ли. — Сейчас ее нет. — Миранда рассказала мне о вашей трагической находке в Денвере. Эббот сделал паузу. Закинул наживку. Хотел послушать Натана Ли, увидеть его горе… или выдержку. — Пап, — попыталась встрять Миранда. Эббот не сводил глаз с Натана Ли. — Так вышло, что я не знал, — сказал Натан Ли. — Теперь их нет. Эббот не стал больше высказывать соболезнования. Мир сейчас населяли потерянные души и скорбящие племена. Он был беспощаден к не причастным к системе — тем, кто остался снаружи. Пределы его влияния были строго ограничены, скрытые запасы обильны, но конечны. Его территория предназначалась для немногих привилегированных, и в этом Эббот ни перед кем не оправдывался. Миранда замерла в нерешительности. Она не знала, что делать с двумя этими мужчинами. Они заняли все пространство в ее кухне и вытягивали из нее силы. Натан Ли чувствовал это. — Сядь, — повторила она. Эббот остался стоять. Он был удивлен. — Миранда вам не сказала? — спросил он Натана Ли. — Она — новый директор. — Не сказала, — покачал головой Натан Ли. Кавендиша убрали? Он умер? А что с его клоном, подумал Натан Ли. Мелькнула причудливая мысль. В минувшие времена власть могла бы перейти к жене либо сыну, а клон, говорили, был точной копией Кавендиша, за исключением своего физического совершенства. Но трон по воле отца унаследовала Миранда. Ее готовили к власти. Он сказал: — Поздравляю. Теперь Натан Ли понял, отчего Миранда так яростно защищала Лос-Аламос. Это и в самом деле был ее город. И тем не менее новый директор не светился от счастья. Столкновения с бюрократией и политиками не стали для нее радостным опытом. |
