|
Глаза резал отраженный металлическими стенами свет. Голова была тяжелой от слишком долгого сна. — Миранда… — проговорил он. — Это настоящий загар? Ты сейчас смахиваешь на жиголо. Она связалась с ним со своего «кухонного» компьютера. Натан Ли определил по длинным теням, что близится вечер. Миранда ела тост, стараясь держаться непринужденно, словно это был всего лишь очередной разговор из длинного списка. — Я по тебе соскучился, — сказал он. — Мне рассказали про твою дочь. Сочувствую. Он словно поглупел от долгого бездействия. — Что там на воле происходит? Говорят, какие-то паломники. — Ну да. Бедолаги… Натан Ли решил не уточнять. — Не стоило посылать за мной капитана, — сказал он. — Я тут ни при чем, — ответила Миранда. — Никогда не стала бы его просить. Он сам вызвался. Сказал, есть причины. Помнишь, у него произошла трагедия? Натан Ли молчал. — Это была благородная попытка, — сказала Миранда. — Обреченная, но возвышенная. Натан Ли отвернулся от экрана. Он хотел не благородства, а простоты. Не желая больше испытывать тяготы и лишения, он мечтал о мягкой постели и горячей ванне. Люди восхваляли его смелые деяния, красивые душевные порывы, не понимая: он только и делал, что бежал от собственных оплошностей и ничтожности. Всю свою жизнь он страдал от недовольства собой. — Окс уехал, — сообщила она. — Если тебе это интересно. Миранда чуть подалась к экрану, словно желая разглядеть его реакцию. «Окс». — Что ты с ним сделала? — Не я. Мой отец. Он здесь. — Эббот приехал из убежища? — Прилетел на вертолете. Хочет довести кое-что до ума. О стольком надо было поговорить. Внезапно Натан Ли почувствовал, что больше не может ждать, когда его выпустят отсюда. — Куда уехал Окс? — спросил он. — Убрался прочь. Вниз, в долину. Успел унести ноги до того, как его депортировали. Камеры наблюдения зафиксировали, как он переходит реку по мосту. Никто не знает, куда он направился. — Она помолчала немного. — Собираешься пойти за ним? Ему это не было нужно. Окс для него умер. Было множество способов констатировать это. Натан Ли выбрал очень осторожный: — И потерять тебя? Этот ответ оказался правильным. Ее губы приоткрылись, но слов она не нашла. — Нам надо поговорить, — сказал он. Его кошмары о море вернулись. Он часто видел во сне детей, а сам покидал корабль, отрезая себя от обреченных. А если бы он спас их? Миранда подалась почти вплотную к камере. Экран исказил ее лицо. — Не сейчас, — проговорила она. И улыбнулась. — Я тебе столько расскажу. Готовься. Я за этим и позвонила. Держись. Отец хочет познакомиться с тобой. — Со мной? — Сказал, это важно. И тут до него дошло: ее лицо округлилось, зеленые глаза уже не казались такими запавшими. — Ты беременна! — радостно выпалил он. Она вздрогнула: — С чего ты взял? — Просто подумал, твой отец, мы… — Он разволновался и умолк. |
