Изменить размер шрифта - +
Никто не ожидал его в таком месте. Вода и соль — не очень хорошее сочетание. Теперь опасаются, что под угрозой едва ли не вся шахта. — Голос врача звучал чуть ли не оптимистично. — К тому же два самых нижних уровня подмыло. Сейчас откачивают воду, изо всех сил пытаясь спасти остальное.
    — Люди, наверное, в панике.
    — Никто не знает.
    — Но вы же в курсе, — сказал Натан Ли.
    — Секреты — моя работа.
    — И что теперь?
    — Наверное, ждать. Всегда есть «Серум-III». Серебряная пуля.
    Еще один секрет.
    — Я не понимаю, о чем вы, — сказал Натан Ли.
    — Разве Миранда не говорила вам?
    Натан Ли нахмурился. Кто этот человек?
    — А при чем здесь Миранда?
    — Она работает над этим уже три года. По сути, клонированная кровь. Сыворотка, заряженная антителами.
    — Миранда нашла лекарство?
    — Нет. Антитела работают только три года. На это указывает тройка в маркировке сыворотки. Так что эта пуля не совсем серебряная. Скорее медленное самоубийство. Чтобы выжить, надо заразиться. И все равно не спасешься. Беспощадный жнец лишь дает временную отсрочку.
    — Значит, убежище затоплено и лекарства нет. Веселые у вас новости, — сказал Натан Ли.
    — Мне не все равно, что нас ждет.
    — Вы считаете, мы заслуживаем смерти?
    — Мы столько всего принимаем как должное, — ответил психиатр. — Вопрос: заслуживаем ли мы право жить?
    В другой раз они беседовали о паломниках. Небольшие скопления местных вдоль Рио-Гранде, которые видел Натан Ли, разогнали. Войска сбросили листовки с угрожающими призывами вернуться по домам, после чего обработали русло долины дефолиантом «Агент оранж».
    — А они все идут и идут, — рассказывал психиатр. — На этот раз все иначе. Они приходят издалека. Люди боятся их.
    — Они опасны?
    — Мы этого не знаем.
    — Кто они?
    — Последние американцы. Большинство с оружием.
    — Сейчас у всех оружие. — Натан Ли убедился в этом на пути через страну. Происходящее напоминало разборки между бандитскими группировками. — Они убивают друг друга. Народ разобщен.
    — Уже нет.
    — А что изменилось?
    — Вы никогда не искали в словаре значение понятия «апокалипсис»? — спросил вдруг психиатр. — Очень многие считают, что это лишь синоним выражения «тотальное разрушение».
    Натан Ли молчал, давая ему продолжить.
    — На самом деле за ним кроется целая философия о существовании обладающих особым знанием избранных, которым суждено пережить конец света. Эти праведники будут существовать на земле счастливо и вечно.
    — А, да, — сказал Натан Ли, — переселение в лучший мир[84].
    «Куда он клонит?»
    — Очень привлекательно. Эгалитарная утопия по-американски. Содержательно. Революционно. Именно то, что могло бы примирить и собрать воедино разношерстных варваров и подонков.
    — Да о чем вы?
    — Я о вашем Иисусе.
    Натан Ли сел. Кожу головы будто покалывали сотни иголочек.
Быстрый переход