|
Трос был легким и тонким, длиной почти в пять сотен футов, а толщиной всего семь миллиметров, но необычайно крепким. Натан Ли потерял из виду уступ с телом, но продолжил движение по своим ориентирам: там приметная вершина, здесь темная прогалина. Наконец взобравшись на плоский уступ, Натан Ли выпрямился. Вот он. Отчего-то он полагал, что это будет женщина. Ожидаемо массивными оказались челюсти, огромными — руки и ноги. Сомнения развеяла голая грудь, высушенная до бледного, словно сдутого, мешочка. Как ее сюда занесло? Как вообще кто-то мог здесь оказаться, и особенно женщина? Когда появился первый слух о найденном теле, в Смитсоновском музее поначалу решили, что это очередной быстро замерзший на холоде неолитический бродяга. Все обернулось совершенно неожиданным образом. Никто не предполагал, что находкой окажется труп неандертальской женщины, пролежавший высоко в горах то ли тридцать, то ли пятьдесят тысяч лет. В этой части света никогда еще не был обнаружен homo neandertalis. Останков неандертальцев в хорошем состоянии не находили вообще нигде в мире. Натан Ли стоял, не двигаясь, словно боялся, что она вот-вот исчезнет. Идеально сохранившаяся мумия сидела, привалившись спиной к скале и обратив лицо в сторону Макалу. Странное дело: вороны с большими черными крыльями, адаптированными для полета в разреженном воздухе, не выклевали ей глаза. Они были молочно-белого цвета из-за солевых отложений, полуприкрытые веками с выбеленными солнцем ресницами. Губы запали к деснам. Женщина осталась невредима, разве только с наветренной стороны скальп и щека были словно стесаны. Легкий ветерок шевелил длинные черные волосы. Натан Ли вспомнил о тросе. Он отвязал его от пояса и закрепил узлом «восьмерка» над уступом. Затем вновь повернулся к телу, едва не замирая от благоговения. Находка просто невероятная. На костях полностью сохранилась плоть! Он был потрясен грандиозностью открытия, в нем проснулся археолог. Голову закружило от тысячи вопросов. Что мог делать неандерталец здесь, высоко в Гималаях? Разведывал местность? Мигрировал? Искал встречи с богами? Он не мог этого постигнуть. Возможно, находка останков означала, что где-то в горах есть тайник, Шангри-Ла, приютившая исчезнувшую расу. Помимо невероятного сдвига во времени было во всем этом что-то странное. Присутствие женщины в подобном месте — бессмыслица. Забраться сюда чертовски сложно. Натан Ли читал много и видел много фильмов о снежных людях — мужчинах и женщинах, найденных в Андах, — погибшая была совершенно не подготовлена для подобной прогулки. К тому же не было ни видимых признаков насилия, ни следов удавки вокруг шеи — ничего, что позволило бы предположить версию ритуального убийства. Осторожными движениями, словно боясь раздавить яичную скорлупу, Натан Ли ощупал череп женщины. Не было ни впадин, ни следов ударов от случайного падения, топора или дубины шамана. Если б это были похороны — ее бы положили плашмя, закутали или перевязали конечности. Он отступил на шаг и задумался. По всем признакам, она была жива, когда появилась здесь, на уступе. Это угадывалось по тому, как она сидела: в скальном углублении, укрытая от ветра. Располагалась с комфортом. Его поразила мысль о том, что она, быть может, сама выбрала это место и стала дожидаться смерти. Но почему здесь, зачем она так поступила? Может, это такое самоубийство? Принесла себя в жертву некоему божеству? Он почувствовал прикосновение к тайне, следом — удовлетворение, а затем, к своему удивлению, — надежду. Далеко к югу, словно клубы дыма, поднимались над долинами Индии белые муссонные облака. Минуло еще полчаса. Скоро будет двенадцать часов дня. До сих пор нет ни Окса, ни Ринчена. С самого Иерусалима он мучительно искал выход — или путь к возврату. |
