|
«Кого держат? — удивился про себя Натан Ли. — На какой границе?» — Меня выпустили, — поспешил успокоить их Натан Ли. — Сегодня утром. Час назад. — Здесь? — спросил мужчина. — В Катманду? — «Кот-маун-ду-у?» — Пусть сядет, — сказал Моника. — Погляди на него. Он едва стоит на ногах. Вы сегодня ели? Где ваши вещи? Ощущение своей убогости он утратил, живя среди прокаженных. По крайней мере, его плоть при нем, во всяком случае большая ее часть. А еще — книга. Жена хозяина принесла еды. — Садитесь, — сказала Моника и подвинула свой чай к Натану Ли. Он ухватил обеими ладонями горячее стекло и поднес к губам. От великолепного вкуса молока, сахара и чая голова пошла кругом. — Моника, — пожаловался компаньон на французском. — Нам и так мало осталось. А если он пришел сюда из Индии? Тогда его появление означает конец всем нам. — Конец и так скоро, — безмятежно ответила она. — Это лишь вопрос времени. Мы же все обсудили. Натан Ли понятия не имел, о чем они говорят. Моника подтолкнула ему через стол оловянную тарелку: горка риса с чечевичной подливкой. — Merci, — поблагодарил он. Партнер Моники не угомонился. Он повернулся к Натану Ли: — Скажите нам правду. Вы заражены? Внезапно Натан Ли понял причину его беспокойства. Пальцы на ногах. Они решили, что он болен проказой. Он улыбнулся: — Не волнуйтесь. Я потерял их в горах. На этот раз смутились французы. — Теперь он просто несет чепуху, — сказал мужчина. Натан Ли вытянул ногу. — Обморожение, — пояснил он. — Не проказа. Мужчина опять цыкнул. Вот же тупой американец. — Да какая проказа? Я говорю о чуме. — Чума? Рис был таким наваристым, специи так ароматны! — Да он нас за дураков держит, — фыркнув, возмущенно проговорил на французском мужчина. — Или просто не в курсе, — ответила Моника. — Год спустя? — Мужчина недоверчиво взглянул на Натана Ли. — Это называют «Кали-юга», — сказала женщина. — Темный век. Мы вступаем в эпоху всеобщего уничтожения. А затем планета переродится. А с ней — и все мы. И настанет рай на земле. Шамбала. Натан Ли отпил еще чаю. А кто сейчас несет чепуху? Он полагал, что с темой апокалипсиса закончили, как только улеглась паника, вызванная наступлением 2000 года. Но, по-видимому, некоторые готовы отправиться на край света в поисках удачи. Натан Ли тянул время, потому что еще не доел. Он показал на огонек свечи. — Я заметил, что в городе нет света. Транспорт встал. Туристы все уехали. Куда они подевались? — Туристы? — буркнул мужчина. — Нет больше такого понятия. Как нет больше дилетантов, пассивных наблюдателей. Нынче каждый должен жить реальной жизнью. Или умереть. Он произнес это с удовольствием, будто смакуя. Отец Натана Ли, кажется, говорил нечто похожее. Жизнь — риск, смерть — паскуда. — Вы что, правда не понимаете? — обратилась к Натану Ли Моника. |
