Джуди рассмеялась.

- Я занималась с ним сексом только один раз, если хочешь знать, и это было так плохо, что мне пришлось использовать вибратор, когда я вернулась домой.

Сет почувствовал себя немного лучше.

- И, Сет, бондарное ремесло было одним из самых важных ремёсел, а также одним из первых. Оно восходит к Бронзовому веку. Некоторые из самых первых инструментов, сделанных из металла, были шарнирные фрезы, они использовались для изготовления бочек. Оно восходит к цивилизациям Альпийской долины пять тысяч лет назад.

Сет покачал головой.

- Мне так жарко, - сказала она, глядя на себя, прижав кулаки к бёдрам. - И у меня определённо целлюлит на бёдрах, - oна поджала губы. - Мне почти сорок. Это неизбежно.

Он смотрел прямо на её блестящее тело.

- Джуди, ты прекрасна. У тебя нет целлюлита. Да, тебе почти сорок, но выглядишь ты моложе. У тебя отличное тело.

- Это не совсем то, что я хотела услышать.

Сет закатил глаза.

- Ладно! Великолепное! Твоё тело горячее, чем камень в костре.

- Как мило!

- Так прекрати все эти разговоры о том, что ты толстая!

- О, я знаю, что теперь я не толстая, но я была толстой, - сказала она, и беспорядочно тёрла кубик льда из стакана вокруг своего живота. - О-о-о, как хорошо в такую жару.

Сет наполовину обезумел.

- Прекрати, ты меня убиваешь. Ты же знаешь, что мокрая кожа - мой фетиш.

Она улыбнулась ему и задрала топ. Она поднялась на цыпочки и провела кубиком по соску.

- Эта штука с мокрой кожей, это разновидность парафилии, более известной как фетиш, меня так забавляет.

Сет сел на бочонок, который они положили на бок, и закрыл лицо руками.

- Мой бог. Есть что-то, чего ты не знаешь? Ты говоришь на чешском, греческом, латыни и иврите.

- И на древнескандинавском и скифском, - добавила она.

- Ты знаешь о траве, этаноле и биомассе, землетрясениях, пароходах, фетишах, бондарном ремесле, ламповом масле, сделанном из угольной пыли…

- Это жидкое топливо.

-…и ты профессор теологии.

- Теологии и теософии, - снова поправила она.

- Ты заставляешь меня чувствовать себя идиотом.

- Ты преувеличиваешь. Я просто много читаю, - сказала она.

Лёд превратил её соски в булавочные головки, с которых капала вода. Затем она опустила вниз быстро таявший кубик льда и провела им взад и вперёд по линии своего бикини.

О, боже, - подумал Сет.

Она взяла по два кубика в каждую руку и обвела ими живот. Поток растаявшего льда ручейками стекал по её коже.

- Ты пытаешься свести меня с ума?

Она лукаво усмехнулась.

- А ты уже взъерошил свои перья, да?

- Точно.

Она продолжала это делать, поднося кубики к груди. Теперь вода капала с её сосков, как из протекающего крана.

Больше не могу, - решил Сет.

Он резко вскочил, бросился к ней, крепко обнял. Он сразу же поцеловал её, одновременно скользя руками вверх и вниз по её гладкой спине. Она тоже обняла его, и когда её рука обхватила его промежность, он полностью возбудился. Сет швырнул её топ через всю комнату, затем стянул трусики-бикини вниз к её бёдрам. Она взвизгнула, когда он потёр несколько кубиков льда вокруг её ягодиц, затем вверх и вниз по спине.

- Мы сделаем это прямо здесь, - выдохнул он.

Её рука боролась с его ремнём, и она задыхалась.

- Да-да, прямо в грязи…

Но как только она начала опускаться на пол подвала, она резко выпрямилась и оттолкнула его.

- Что случилось?

- Ничего, но…

- Ну же! Ты не можешь так дразнить меня!

- Сет, смотри, - сказала она и указала ему за спину.

Взволнованный, он обернулся.

Святое дерьмо…

Никто из них не заметил вот чего: когда Сет поднялся с бочки, она начала катиться.