Loading...
Загрузка...

Изменить размер шрифта - +
 — Почему бы тебе самому не отправиться и не расспросить капитана?

— Ага, — кивнул Дилан. — А заодно попроси его выделить мне каюту потеплей.

— А что в этом такого? — вскинулся Алек. — Я же у него пока еще не на гауптвахте.

Пару недель назад, по возвращении обратно на «Левиафан», Алек втайне ожидал, что за побег с корабля его запросто закуют в кандалы.

Однако корабельные офицеры отнеслись к нему с должным почтением. Может, оно и не так плохо, что все наконец знают: перед ними сын самого эрцгерцога Фердинанда, а не какой-нибудь бежавший от призыва дворянчик-австрияк.

— Какой, интересно, мог бы быть удобный повод для посещения мостика? — спросил он.

— А никакого и не надо, — отозвался Ньюкирк. — Птица летела от самого Санкт-Петербурга, так что нас все равно вызовут забрать ее на отдых и кормежку.

— Тем более что твое высочество в птичнике еще ни разу не был, — добавил Дилан. — А теперь будет повод наведаться.

— Спасибо, мистер Шарп, — сдержанно улыбнулся Алек. — Было бы в самом деле интересно.

Дилан возвратился к своей драгоценной картошке на столе, вероятно довольный тем, что таким образом разговор об отце был прерван (Алек до вечера решил извиниться). Через десять минут из трубы под потолком столовой высунулась вестовая ящерица и голосом рулевого провещала:

— Мистер Шарп, просьба явиться на мостик. Мистер Ньюкирк, доложиться на грузовую палубу.

Втроем они двинулись к двери.

— На грузовую палубу? — недоумевал Ньюкирк. — Это еще с какого перепугу?

— Может, хотят, чтобы ты еще на раз проверил запасы на складе, — рассудил Дилан. — А то вдруг вояж у нас теперь продлится дольше?

Алек невольно нахмурился. «Дольше» — означает ли это разворот в сторону Европы или же движение прежним курсом, на удаление? По пути к мостику чувствовалось, что корабль приходит в движение. Тревоги как таковой не звучало, но экипаж будто с цепи сорвался. Как раз когда Ньюкирк спускался к центральной лестнице, мимо проскочило отделение такелажников в аэрокостюмах и тоже устремилось вниз.

— Куда это они, черт их возьми? — удивился Алек. Такелажники испокон века работали наверху, в снастях, удерживающих огромную водородную мембрану корабля.

— Вопрос в точку, — ответил Дилан. — Похоже, послание царя поставило всех с ног на голову.

При входе на мостик стоял часовой, а к потолку в ожидании приказов лепилась дюжина вестовых ящериц. Обычно приглушенный, шум людей, живых существ и машин словно сделался резче, ощутимей на слух. Бовриль на плече у Алека шевельнулся, и снизу сквозь подошвы почувствовалось, как двигатели заработали в ином темпе: корабль шел «полный вперед».

Наверху у главного корабельного штурвала в тесном кругу офицеров стоял капитан, держа в руках расписной свиток. Среди собравшихся выделялась доктор Барлоу со своим лори на плече и ручным сумчатым волком Таццой в ногах чуть сбоку.

 

«ДВУГЛАВЫЙ ПОСЛАННИК»

 

Справа от себя Алек услышал клекот и, повернув голову, оказался лицом к лицу с престранного вида созданием…

В клетку для почтовых птиц имперский орел не помещался и вместо этого мостился на сигнальном столике, переминаясь с одной когтистой лапы на другую; ерошились черные с глянцевитым отливом крылья.

То, что говорил Дилан, оказалось на поверку правдой. У существа было две головы и соответственно две шеи, обвивающие одна другую как пара черных пернатых змей. На глазах у оторопело застывшего Алека одна голова шикнула на другую; змеисто мелькнул в клюве красный язык.

Быстрый переход
Мы в Instagram