Фацио застал его врасплох. Он сам себе пообещал позвонить в Болонью доктору Ликальци, как только придет в контору. И отвлекся ‑ упоминание Мими Ауджелло о Франсуа выбило его из колеи.

‑ Сейчас поедем? ‑ спросил Фацио.

‑ Погоди.

Ни с того ни с сего в голове у него вспыхнула мысль, оставив после себя неуловимый запашок серы, которой обычно душится дьявол. Он попросил у Фацио телефон Ликальци, записал на клочке бумаги и положил в карман. Потом набрал номер.

‑ Алло! Центральная больница? Комиссар Монтальбано из Вигаты на телефоне. Я бы хотел поговорить с профессором Эмануэле Ликальци.

‑ Подождите, пожалуйста.

Монтальбано проявил дисциплинированность и долготерпение. Когда это последнее качество было уже на исходе, телефонистка объявилась снова:

‑ Профессор Ликальци на операции. Перезвоните через полчаса.

‑ Позвоню ему по дороге, ‑ сказал он Фацио. ‑ Смотри не забудь, возьми с собой мобильник.

По телефону сообщил судье Томмазео, что удалось разузнать Фацио.

‑ Да, вот еще я вам не сказал, ‑ вспомнил Томмазео. ‑ Я спросил у него номер телефона его жены здесь, у нас. Но он его не знал. Сказал, что она всегда звонила сама.

Комиссар попросил приготовить ордер на обыск, за которым он немедленно пошлет Галло.

‑ Фацио, ты узнал, какая специализация у доктора Ликальци?

‑ Так точно, доктор. Он ортопед.

На полпути между Вигатой и Монтелузой комиссар снова позвонил в Центральную больницу Болоньи. Прождал недолго. Затем услышал решительный, однако вполне нормальный человеческий голос:

‑ Это Ликальци. Кто говорит?

‑ Извините за беспокойство, профессор. Я комиссар Сальво Монтальбано из Вигаты. Занимаюсь известным вам преступлением. Прошу вас прежде всего принять мои самые искренние соболезнования.

‑ Благодарю.

Больше ни слова. Комиссар понял, что теперь очередь за ним.

‑ Так вот, доктор, сегодня вы сказали господину судье, что вам неизвестно, где останавливалась ваша супруга, когда приезжала сюда.

‑ Да, это так.

‑ Мы никак не можем это выяснить.

‑ Ну не тысяча же гостиниц в Монтелузе и Вигате.

Нечего сказать, профессор Ликальци готов к сотрудничеству.

‑ Прошу простить мне мою настойчивость. На случай крайней необходимости у вас не было предусмотрено…

‑ Не думаю, что такая необходимость могла возникнуть. В любом случае, там, в Вигате, живет один мой дальний родственник, с которым бедная Микела установила контакт.

‑ Не могли бы вы сказать…

‑ Его зовут Аурелио Ди Блази. А сейчас прошу меня извинить, я должен вернуться в операционную. Завтра около полудня буду в комиссариате.

‑ Последний вопрос. Вы этому вашему родственнику сообщили о случившемся?

‑ Нет. А что, должен был?

Глава 4

‑ Восхитительная синьора, такая элегантная и красивая, ‑ сказал Клаудио Пиццотта, изысканно учтивый синьор лет шестидесяти, директор гостиницы «Джолли» в Монтелузе. ‑ С ней что‑то случилось?

‑ Честно говоря, еще не знаем. Нам позвонил из Болоньи ее муж, немного встревоженный.

‑ Ну да. Синьора Ликальци действительно, насколько я знаю, ушла из гостиницы в среду вечером, и до сих пор мы ее не видели.

‑ И это вас не обеспокоило? Сегодня как‑никак вечер пятницы.

‑ Ну да.

‑ Она вас предупредила, что не вернется?

‑ Нет. Но видите ли, комиссар, синьора уже второй год останавливается у нас. Так что у нас было достаточно времени, чтобы познакомиться с ее жизненным распорядком. А он у нее, по правде говоря, не совсем обычный.