Никто, кроме Джеральда. За свою жизнь он столько наплавался, что теперь предпочитал наблюдать. Ева, его дорогая Ева, настоящая морячка, единственная из всех, кого он знал, умела плавать в абсолютно вертикальном положении — Джеральд до сих пор не мог постичь математику этого необычайного мастерства. Лора предпочитала более традиционный стиль плавания — непритязательный брасс. А вот Габриэла плавала, как мальчишка: опустив голову, она грациозно выносила вперед то одну, то вторую руку, быстро передвигаясь в воде красивым профессиональным кролем. Периодически они с Ивэном забирались на ближайший уступ и оттуда ныряли. Вот она снова готовится к прыжку — мокрая, лоснящаяся, возвышается на скале словно русалка. На ней откровенное бикини — более открытого купальника Джеральд еще не видел, — на загорелом теле переливаются капельки воды.

Ева с Лорой наконец-то выбрались на берег, сели рядом с ним, полотенцами вытирая волосы, с которых на раскаленный камень капала вода.

— Ну что, может, поедем? — с тоской в голосе спросил Джеральд.

— Бедный ты мой. — Ева повернулась к нему, холодными солеными губами прижалась к его лицу. — Конечно. Ты такой молодец, ни разу не пожаловался. Пожалуй, на сегодня хватит, хотя уезжать ой как не хочется. Здесь так здорово, и день просто великолепный.

— С вечеринки надо уходить, пока ты еще в хорошем настроении.

— И то верно. Да и мне все равно пора возвращаться, ужин готовить. Пока мы тут все соберем, дойдем до машины…

Ева спустила лямки купальника, собираясь одеваться.

— А ты как, Лора?

— Я с вами.

— А остальные?

Они глянули на Ивэна с Габриэлой. Габриэла была в воде, смотрела на Ивэна. Тот, стоя высоко над ней, уже сделал стойку, приготовившись нырнуть.

— Ивэн, — окликнул его Джеральд.

Тот расслабился, повернул голову в его сторону.

— Что там у вас?

— Мы уезжаем. А вы как?

— Мы, пожалуй, побудем еще немного…

— Ладно, до встречи.

— Не перегружайтесь. Оставьте мне часть корзин, я привезу.

— Хорошо.

В Тременхире он проехал через арку и припарковался во дворе. Друзилла с Джошуа играли в мяч. Малыш гонялся за мячом на четвереньках, поскольку еще не освоил искусство ходьбы. На нем была одна только грязная нижняя рубашка. Когда они вышли из машины, он сел на свою толстую смуглую попку и стал за ними наблюдать.

— Хорошо отдохнули? — спросила Друзилла.

— Изумительно, — ответила Ева. — А вы чем занимались?

— Ходили в сад, я искупала Джоша под шлангом. Надеюсь, вы не против.

— Замечательно. Ему понравилось?

— Он подумал, я с ним забавляюсь. Так хохотал, еле успокоился.

Они отнесли корзины на кухню. После уличной жары здесь было прохладно, как в раю.

— Я, пожалуй, сбегаю наверх, посмотрю, как Люси, выведу ее ненадолго в сад.

— Слава богу, что мы не взяли ее с собой, — сказала Ева. — Она бы там изжарилась.

Лора побежала по черной лестнице на верхний этаж, а Ева принялась разбирать корзину с остатками обеда. «Это всегда неприятная работа, — подумала она, — и чем скорее ее сделать, тем лучше».