– Ты говоришь, что никогда не лжешь, не солжешь и сейчас. Ведь ты спас меня, Стивен! И не отнимешь у меня то, что мне досталось такой дорогой ценой, не уничтожишь меня.

С холодным гневом и разочарованием на лице он схватил со стола официальный документ.

– Ошибаешься. – Отражаясь от стен кабинета, его голос звучал с особенной звучностью. – Дело уже сделано. Ты понимаешь? Отныне ты живешь в моем доме.

Глядя на документ, который он держал в руке, Белл подошла ближе. Взяла его так, словно это была склянка с ядом, и начала читать. Прочитала раз-другой, затем плотно прикрыла глаза:

– Зачем… зачем ты спас меня?

– Ты предала меня! Белл вздернула подбородок.

– Я никогда не предавала тебя!

– Ты знала об Адаме, но утаила от меня. В ее груди вспыхнуло негодование.

– Причина не в этом, – сказала она протестующим тоном. – А в том, что я отказалась стать твоей женой.

– Я любил тебя, как ни одну другую женщину в своей жизни.

– Но это – твое заблуждение, не мое. Я все время говорила тебе, что не хочу выходить замуж. Единственное, чего я хотела, это быть твоим другом.

– Мне не нужны друзья!

– Друзья нужны всем.

– Но не мне. Мне нужна жена. Не друг. Не любовница. Жена!

– Но мне то не нужен муж, – шепнула она, отворачиваясь.

Слова, которые произносил Стивен, вырывались у него как будто против его воли, под влиянием обуревавшего его гнева, раздражения и… панического страха, который густой струей растекался по его жилам. И словно разошедшийся ребенок, он стремился причинить ей как можно более сильную боль.

– Только что ты сказала Адаму, что нога у тебя такая от рождения. Как я понимаю, это такая же правда, как то, что ты была счастлива в браке.

Она застыла на месте. Стивен вышел из-за стола:

– Я знаю о твоей ноге все.

Белл стояла к нему спиной, но он заметил, как она вздрогнула.

– Я видел ее.

– Нет!

– Да. В ту ночь, когда я спас тебя, как ты любишь повторять. Это не природный изъян, Голубой Колокольчик. – Он взял ее за руку и повернул лицом к себе: – Ты лгунья, Голубой Колокольчик. Признайся. Ты лгала о своей ноге, как лгала об отце. Теперь я знаю, что ты была замужем, но очень сомневаюсь в том, что брак был таким счастливым, каким ты его изображаешь.

Белл попыталась вырваться.

– Отпусти меня! – прошипела она.

К этому времени Стивен уже не чувствовал ни гнева, ни раздражения, только панический страх.

– Признайся, Белл. Признайся, что ты не любила его. Просто не могла любить.

– Думай что хочешь.

– Боже правый, твое бракосочетание состоялось четырнадцатого февраля!

– Ненавижу тебя! – выпалила она.

– Признайся, Белл.

Она изо всех сил рванулась, но он удерживал ее стальной хваткой.

– Ты в самом деле его так любила или же просто выдумала это, чтобы отделаться от меня? – Он увидел, как ее глаза затуманились, стали странно отчужденными, и добавил смягчившимся голосом: – Признайся же, ты его не любила? Да и возможно ли любить кого-нибудь в таком юном возрасте? О Господи, ведь ты же вышла замуж, Белл, в свой тринадцатый день рождения!

Глава 23

1877 год

Ренвилл

Белл просыпалась медленно. Первым, на что она обратила внимание, была незнакомая обстановка. Затем она почувствовала боль. Сильную, пульсирующую боль, пронизывавшую все ее юное существо.