Татум ходила задумчивая, презрительно кривилась, когда ей не уступали дорогу в коридорах, но ошибались так только по невнимательности: Дрейк нельзя было не заметить. С первого дня Крис чувствовал, что вокруг нее витает какая-то особая, огненная энергетика. Тат ей искрилась, проявляя характер словами или взглядом, но в основном красноречивым молчанием.

Из аудитории сегодня она выходила первая, на обеде лишь перекинулась парой слов и дружелюбными улыбками с компанией Евы, которая не сводила с Криса взгляд.

Татум сегодня поглощала энергию вокруг себя. Была центром пустоты: будто то, о чем она думала, требовало слишком много усилий, и своих ей не хватало. Она не взглянула на Криса ни разу в течение дня. Даже надменно или с иронией – Вертинскому захотелось узнать, что произошло.

Отойдя от компании знакомых во дворе, она стерла с лица улыбку, вновь погрузившись в задумчивое состояние, отошла на пару десятков метров от толпы и присела на каменные ступени. С минуту смотрела перед собой, затем закурила.

Крис не выдержал, пришел спустя десять минут и две сигареты. Кинул друзьям: «Не ждите», – и под внимательными взглядами учащихся направился к Дрейк. Плюхнулся рядом.

Протянул девчонке шарф, без слов заставил приподняться и положить ткань под зад. Татум закатила глаза, недовольно поджала губы, но согласилась. Одолжила Вертинскому сигарету.

Крис выдохнул сизый дым, повернулся к Татум, вынуждая поднять на него глаза, не игнорировать. Дрейк подняла на парня омытый соленой морской водой взгляд.

Кажется, у кого-то выдались неудачные выходные. А он даже не спросил. Но теперь она не расскажет. Крис выдохнул.

– Можешь отвести меня в одно место? – Он задал вопрос осторожно, не хотел спугнуть.

– В какое? – Дрейк дернула уголком губ в полуулыбке, насмешливо выдохнула носом дым.

– В то, где тебе было спокойно, пока твое сердце еще было целым.

Татум не дернулась – замерла, внимательно вглядываясь в глаза Криса. Такими вещами не шутят. Точно не она.

– С чего ты взял, что мое сердце разбито?

Сарказм вышел неправдоподобным, усмешка – несерьезной: все выдавал взгляд. Крис сделал неопределенный жест рукой с зажатой в пальцах сигаретой – отзеркалил внимательный взгляд Дрейк. Он явно не шутил.

– Я тоже смотрю не только на симпатичную картинку. – Он поджал губы и перевел взгляд на дорогу перед собой.

Не давил, не допытывался.

А в глазах Татум продолжал гореть вечный поиск. На этот раз – ответа: может ли она довериться? Дрейк искренне считала, что для юмора нет запретных тем, но сейчас поняла, что с сердцем шутки плохи. И если Крис не готов был отвечать за свои слова, Тат с чистой совестью разбила бы ему нос прямо здесь.

Но Вертинский выглядел серьезным, Дрейк не заметила насмешки в его взгляде или напряжения в позе – он просто задал вопрос. Тат выдохнула.

Выхватила из рук парня недотлевшую сигарету, затушила каблуком о землю, встала, посмотрела на Криса сверху вниз. Кивнула в сторону «мерседеса».

– Ты поведешь.

Крис

Они приехали в Эрмитаж. Крис удивился, но вида не подал. Аккуратно взял Татум за ладонь на пути к главному входу, положил ее руку себе на сгиб локтя на манер джентльмена, прижал девушку ближе к себе.

Дрейк отдалялась с каждым шагом все больше, не физически – мысленно. Уходила в себя, отрешенно глядела по сторонам, будто собиралась с силами.

Вертинский смотрел на Тат подозрительно, с опаской: сейчас она казалась хрупкой и уязвимой. Криса это удивляло. Он уже видел ее в подобном состоянии на благотворительном вечере, когда отсутствующая роза в декоре вывела ее из равновесия, но сейчас она утопала в этой растерянности куда глубже.