– Эрик, повалили скорее отсюда, – требую я.

Он кивает в ответ:

– Да я уж понял, что пора вас с Диком вытаскивать, а то этот громила, похоже, вознамерился почесать о вас свои кулачищи.

– Еще неизвестно, кто об кого и чего почесал бы! – горячится Дик, но мы с Эриком ехидно переглядываемся и двигаем к лифтам. Дик, делать нечего, плетется следом.

Входим в лифт и едем вверх, вправо и снова вверх, и оказываемся на знакомой уже парковке возле «Бутвиля» и моего «Цируса». Эрик лезет в грузовой отсек «Бутвиля» и достает футляр. Протягивает мне.

– Вот. Как договаривались.

Заглядываю в футляр. Гипноизлучатель.

– Нормально? – спрашивает Эрик.

– Да, все чики-пики, – убираю футляр в багажный отсек цируса. – Эрик, а что, если гоночный костюм я пришлю тебе чуть позже? А то неохота здесь переодеваться. Да и в душ сперва бы надо.

– Оставь себе, – машет рукой Эрик. – Кстати, Маоли, если ты захочешь еще… м-м-м… погонять. Или деньги срочно понадобятся… Ты это… только скажи… Я не поскуплюсь, заплачу тебе половину, я ж не жучара какой-нибудь.

Хм, не жучара. А за гипноизлучатель несусветную цену заломил. Но я, разумеется, вслух ему этого не говорю – чего зря прошлое ворошить.

– Нет, Эрик. Спасибо, конечно, за предложение, но я вроде при клубе, если ты не забыл.

– Клуб! – фыркает он. – Ну, сколько ты там имеешь в год? Лимон?

– Что-то около того.

– Вот! А у меня ты только за две Ночные гонки столько будешь иметь! – соблазняет Эрик. – Откатаешь год, а потом я тебе попроще работенку подберу, но тоже денежную. Короче, если будешь со мной, через пару лет кредиты считать устанешь.

– Нет, Эрик.

– Нет?! Да почему нет-то?!

Почему… Вспоминаю яркие салюты взрывов по трассе и собственную, охваченную огнем, машину. Нет. Я гонщик, а не самоубийца, и уж тем более не убийца, как Мрак. И откровенное мочилово на трассе – это не по мне. А деньги для меня в этой жизни отнюдь не главное…

– Слышь, Эрик, у меня к тебе просьба есть, – говорю.

– Ну? – Он разочарован моим отказом, но, видно, надежды не теряет.

– Разузнай, кто заявлял Джордана Бинга на гонку.

– А зачем тебе? – любопытствует Эрик.

– Хочу разыскать этого Бинга. Я ему на трассе кое-что задолжал.

Дик внезапно впивается мне в лицо острым взглядом, но молчит, а Эрик кивает:

– Лады, попробую. Только мне для этого придется на тусовке малость покрутиться. А может, ты тоже пойдешь?

– Куда? – не понимаю я.

– На выпивон по случаю завершения гонки, – поясняет Эрик. – Тусняк будет в клубе «Зловредная Ящерица», это в «Гнезде Порока». Пойдем, а? Клуб шикарный, ты не смотри, что название такое. Там и жратва высший класс, и выпивона залейся. И все на халяву – за счет устроителей гонки. Пойдем, выпьем.

– Да я вроде не пью.

– Совсем? – удивляется Эрик. – А почему?

– Контракт не велит, – отговариваюсь я. Но разве он поймет, если я скажу, что ни одно спиртное на свете не сравнится с тем пьянящим ощущением, которое дает мне гонка? Ни спиртное не сравнится, ни наркотики, ни даже секс. Только гонка способна дать мне всю полноту ощущений, всю остроту и сладость жизни…

– Ладно, можешь не пить, – разрешает Эрик.