На этот счет у Барбары были свои предположения, но она не спешила делиться с сыном этими догадками. Мужчины такие близорукие!

— И этот единственный эпизод до сих пор не дает тебе покоя?

— Это вовсе не значит, что я стал меньше любить Джосс! — тут же выпалил Алекс. — Но с Джосс — это одно, а с той девушкой… совсем другое.

— А как сама Джоселин относится к этому… другому? — вкрадчиво поинтересовалась Барбара, ничуть не смущаясь интимности вопроса. Зато Алекс смутился за них обоих.

— Так уж получилось, что… Джосс не выразила особого восторга… она вообще не захотела…

— Значит, ты ждал, когда она станет выражать восторг? По-твоему, ей следовало самой постучаться к тебе в спальню?! — Голос Барбары так и сочился ядом.

Черт побери, этак он и сам не заметит, как выложит всю правду! Будь проклят этот Джонатан Рассел с его шпионскими схемами!

— Мама, я больше не намерен обсуждать с тобой подробности нашей интимной жизни. Это касается только нас с Джосс, и мы сами во всем разберемся.

— Первым делом разобраться стоило бы тебе, Алекс! — заметила Барбара ему вслед.

Алекс долго лежал в горячей ванне, смывая с себя грязь и неприятности прошлой ночи. Он едва успел заснуть, как его разбудил курьер со срочной депешей от американского посла. Чертыхаясь, Алекс приказал Фоксуорти подать ему чистую рубашку и бриджи.

Вскоре он остановил Сумаха возле детского приюта, где надеялся застать Джосс. Она как раз вывела детей на прогулку, и Алекс залюбовался ее густыми блестящими волосами, уложенными в простую, но элегантную прическу.

Они были перевязаны синей лентой в тон платья, которое тоже смотрелось просто, но в отличие от прежних бесформенных балахонов позволяло увидеть ее восхитительную фигуру. Оказывается, она вовсе не была нескладной и тощей! Да, перед Алексом действительно стояла его Джосс…

Почувствовав на себе чей-то взгляд, Джосс подняла глаза, и Алекс увидел на ее лице те же смятение и растерянность, что так поразили его накануне у Чичестеров. Однако яркие синие глаза смотрели открыто и твердо. Эта женщина явно знала себе цену.

— Алекс, как ты здесь оказался?

— Джосс… — Он смотрел на нее и не знал, что сказать. — Твои очки… их больше нет! Как ты без них обходишься? — пробормотал он, чувствуя, что выглядит полным идиотом.

— Твоя мать отвела меня к превосходному врачу. Он прописал мне капли, которые сотворили настоящее чудо! С каждым днем я все меньше нуждаюсь в этих стеклах. — Повинуясь старой привычке, она достала из кармана очки и надела их на нос. Но даже это не могло испортить очарования обновленной, уверенной в себе Джосс. — Зачем ты приехал сюда, Алекс?

Блэкторн не спешил отвечать, пока не остался с Джосс наедине, за надежно запертой дверью, где их не могла подслушать вездесущая миссис Брим.

— Прежде всего я бы хотел извиниться за свое безобразное поведение прошлой ночью. Мама дождалась меня и спустила всех собак! — Он с виноватой улыбкой попробовал заглянуть в лицо Джосс, чтобы угадать, как подействуют его извинения, и добавил: — Я понимаю, что не заслуживаю прощения, но у меня была очень веская причина покинуть бал.

— Да, Алекс, а как же иначе? Миссис Чемберлен на редкость красивая леди. — Она пожалела о своих словах, как только они сорвались с языка. — А я веду себя как настоящая собственница, хотя не имею на это права…

— Неправда, ты имеешь все права! Я пообещал сопровождать тебя на бал и нарушил обещание, но вовсе не ради погони за Сибил Чемберлен или какой-то другой женщиной.