Сэйбл внимательно смотрела на неподвижно распростертое на койке тело и смертельно бледное лицо русского. Его глаза были закрыты, а губы посинели. Рубашка пропиталась кровью, и девушка с тревогой взглянула на врача.

– Очень плохо?

– Он потерял много крови, – ответил врач не оборачиваясь. – К счастью, пуля прошла навылет через плечо, но гарантии того, что он выдюжит, дать не могу. Я сумел остановить кровотечение, пока мы шли сюда на баркасе, но теперь придется наложить швы.

– Я помогу доктору, леди Сэйбл, – предложил Грейсон. – А вы ложитесь.

Она покачала головой:

– Позвольте мне остаться, Грейсон. Я смогу подавать все необходимое и делать то, что вы скажете.

Доктор Пирсон неуверенно посмотрел на нее:

– Это будет весьма неприятное зрелище, миледи. Но упрямый взгляд девушки свидетельствовал о том, что она уже не дитя, а гордая, решительная женщина, которой она стала благодаря Моргану. Речь шла о жизни друга капитана, ради спасения которого Морган пошел на безумный риск, и потому она сделает все, что в се силах, чтобы помочь вырвать его из когтей смерти.

– Пожалуйста, я хочу остаться.

– Тогда вымойте руки, девушка! – скомандовал доктор Пирсон, понимая, что для споров нет времени. – И вы тоже, Грейсон. Вы оба будете беспрекословно выполнять мои указания, ясно?

В этом уверенном в себе, компетентном враче не осталось ничего от того жалкого труса, страдающего морской болезнью, которым Сэйбл знала его все это время. Ей подумалось, не в этом ли причина того, что Морган с самого начала решил взять его к себе на судно. Моя руки, она вспомнила о Моргане и почувствовала радость. Но разве это возможно, когда Сергей находится в таком тяжелом состоянии? Ей совестно было признаться себе – но все же она была счастлива. Счастлива, как никогда ранее в своей жизни.

А на обмытой дождем палубе экипаж «Вызова» выполнял свои обязанности с такой ловкостью и эффективностью, которых можно добиться лишь благодаря многолетнему опыту. Морган занял свое место у руля; его прищуренные глаза были устремлены на матросов, ставивших паруса высоко на реях, и их фигуры в тусклой предутренней мгле казались бестелесными тенями. Было прохладно, и сырая рубашка прилипла к спине, но Морган не чувствовал никакого дискомфорта. Теперь все зависело от быстроты работы экипажа и скорости движения клипера. А уж потом, когда они уйдут далеко в море, у него появится время заняться собой.

– Якорь поднят, капитан!

Уловив еле заметный кивок капитана, двое рулевых бросились к огромному штурвалу, а Джек Торенс задрал голову и выкрикнул команду марсофлотам:

– Ослабить передние и топсели!

Освежающий ветер, влажный от недавнего дождя, начал заполнять трепещущие паруса, в то время как матросы усердно крепили их. Огромный корабль под напором ветра накренился, и палубная обшивка застонала, когда он начал набирать скорость.

– Идем круто к ветру, точно на юго-юго-запад, сэр! – крикнул один рулевой.

Морган скрестил руки на груди и широко расставил ноги. Ветер и соленые брызги освежали его разгоряченное лицо. Наконец-то «Вызов» вышел в море, а Сергей и Сэйбл находятся в безопасности в каюте. Пусть теперь великий визирь попробует остановить их. Морган выполнил свою заветную миссию!.. Он был спокоен и доволен.

Глава 13

Сэйбл Сен-Жермен, вздохнув, потянулась и стряхнула волосы со лба. У нее болела спина и рябило в глазах, но она не жаловалась, зная, что Грейсон и доктор Пирсон устали не меньше ее. Подняв кучу окровавленных бинтов, она на минуту замерла возле койки, вглядываясь в лицо человека, который удостоился редкой чести быть ближайшим другом Моргана Кэри.