— Таким ножом хороший удар не нанести — порежешься. А порез ладони — дело серьезное. Крови много потеряешь, горячку подцепишь — что мне тогда с тобой делать?'

После этого Ильсана затихарилась. «Пусть успокоится, пусть подумает, что я сдалась», — решила она и вела себя тихо несколько дней. Пустыня потихоньку начала отступать, стали попадаться кустарниковые рощи, под ногами зашелестела трава, но воды по-прежнему не встречалось. Последний переход был особенно тяжелый. Лошадь пала. Часть поклажи варвар тащил на себе. Обливаясь потом, он молча шагал впереди, ведя за собой отощавшего верблюда.

«Ну ведь не железный же он, — уже начала сомневаться девушка. — Должен же он уставать». К вечеру созрела уверенность: когда, как не после такого дня?

Прислушавшись к ровному похрапыванию, Ильсана решила: «Спит. Притворяться так правдоподобно невозможно». Тихонечко приподнявшись, она на цыпочках, стараясь не наступать на пятна шуршащей травы, сделала первый шаг и оглянулась. В свете догорающего костра она увидела все то же безмятежно лицо спящего, услышала то же спокойное дыхание.

Еще один осторожный шаг, еще, и красноватый свет тлеющих углей скрылся во тьме. Ильсана с облегчением выдохнула — кажется, удалось.

— Теперь за оставшееся до рассвета время надо уйти как можно дальше, — еле слышно прошептала она, намечая себе цель.

Куда она пойдет, как будет выбираться — об этом девушка в тот момент не думала. Главным для нее сейчас было сорваться с привязи, а там — все в воле Астарты.

Стараясь не шуметь, Ильсана посмотрела на небо и, сориентировавшись, быстрыми шагами двинулась на юг, хотя ей в общем-то было все равно куда — лишь бы подальше от своего тюремщика.

Очень скоро горизонт начал светлеть, и в ночной темноте появилась предутренняя прозрачность. Принцесса ускорила шаг. Она очень торопилась, наверное, поэтому осознала опасность, только когда услышала грозное рычание.

Подняв голову, она остолбенела. Слева и справа кусты акации, а посредине — обглоданная туша косули, и четыре маленьких толстолапых котенка, урча, рвут остатки мяса. Дыхание остановилось, и Ильсана, как завороженная, перевела взгляд на источник рыка.

Львица уже вскочила и, хищно ощерясь, показала огромные желтые клыки. Неподвижные кошачьи зрачки уставились на застывшую девушку.

Еще пытаясь бороться со страхом, Ильсана сделала шаг назад, и гигантская кошка, припадая на передние лапы, двинулась на нее. Ужас полыхнул в голове, и, теряя контроль, девушка рванулась в надежде спастись бегством. Эта попытка закончилась, не успев начаться, потому что принцесса с разгона уткнулась носом в холодные кольца кольчуги.

— Бежать от зверя не надо, — раздался спокойный голос откуда-то сверху. — Зверь, он все понимает, если ему хорошенько объяснить.

Крепкая ладонь сгребла девушку и задвинула за широкую спину, а ее хозяин оскалился навстречу хищнице.

— Я Ранди Дикий Кот! — Венд ударил себя кулаком в грудь, но демонстративно не двинулся с места. — Обещаю, не трону твоих котят и твою добычу!

Львица остановилась в нескольких шагах и, зарычав, нервно подергивая хвостом. Новый противник был крупнее, опасно пах железом и от него не исходило флюидов страха. Желтые немигающие глаза зверя встретились с человеческими, и Ранди, контролируя каждый мускул на теле готового к прыжку зверя, покачал головой:

— Поверь голуба, я тебе не по зубам.

Еще несколько секунд противостояния, и львица вдруг, развернувшись, отскочила назад, закрывая свою добычу и детенышей. Вся ее поза от сморщенной в оскале пасти до вытянутого хвоста говорила: это красная линия, зайдешь за нее — и тебя ждет смерть.