— Вот и хорошо, вот и умница. — Не поворачиваясь спиной, Ранди начал отходить, закрывая принцессу своей мощной фигурой.

Они пятились задом до тех пор, пока ветви кустарника не скрыли их от львиного семейства, и только когда напряжение немного спало, Ильсана обратила внимание, что ее защитник даже не вытащил оружие. Ножны с мечом, как и кинжал, висели на поясе, а он даже руку на рукоять не положил.

«То ли он действительно совсем безбашенный, то ли… — Она не успела сформулировать второй вариант, как ее вдруг обожгла мысль: — А как он успел так быстро? — И тут же краска залила ей лицо. — Господи, какая же я дура! Он шел за мной по пятам и потешался в душе. Я хоронилась, старалась как могла, а он ржал надо мной все это время!»

Ильсана подняла разгневанный взгляд — и столкнулась с таким же.

— Совсем сдурела, да⁈ Ты куда поперлась? Жить надоело⁈

— А ты, дикарь, все видел, следил и смеялся надо мной! Издеваешься над принцессой крови⁈ Скотина!

— Принцесса! — Ранди вдруг прорвало. — Тут тебе не дворец, а я не папочка твой. Еще хоть раз даже подумаешь о побеге, свяжу и рот кляпом заткну, чтобы визга твоего не слышать.

Ильсане нестерпимо захотелось ударить наглого варвара, расцарапать лицо, причинить ему любую боль, но, взглянув в синюю глубину его глаз, она, как и львица только что, поняла: «Не стоит. Это чудовище ей не по зубам».

* * *

Два дня после этого они не разговаривали друг с другом от злости, а вот следующие три прошли в полном молчании, потому что говорить уже не было сил. Еда закончилась день назад, последний глоток воды израсходовали сегодня, а конца и края пустыне было не видно. С каждым шагом Ранди все больше и больше начинал сомневаться в правильности выбранного пути.

«Солнце в затылок. — Он поднял голову. — Вроде все верно. Что-то Лава напутал. — Тут Ранди не удержался от усмешки: — Лава никогда ничего не путает, скорее уж ты, Дикий Кот, ничего не понимаешь в этой красном аду. Вот кусты какие-то попадаются, трава даже есть. Значит, должна быть вода. И где же она?»

Вот так, кроя время от времени пустыню, себя, а заодно и принцессу, шагал венд, за ним еле передвигала ноги Ильсана, а верблюд, которого уже никто не тащил, сам шагал вслед за людьми, благоразумно считая, что они его единственный шанс выжить.

Очередная пологая возвышенность осталась позади, и Ранди, прищурившись на слепящий диск солнца, остановился в задумчивости: «Ну и куда дальше?» Лезть снова вверх не было ни желания, ни сил, а впереди по-прежнему расстилалось лишь бесконечное море длинных красно-коричневых волн.

Вслед за ним, тяжело дыша в спину, встала Ильсана, а вот верблюд, зашевелив подвижными губами, вдруг обошел людей и уверенной рысцой посеменил в проход между двумя вздымающимися холмами.

Проводив взглядом уходящее животное, Дикий Кот недоуменно повернулся к Ильсане:

— Куда это он?

Та, обессиленно опустившись на землю, лишь пожала плечам: «Какая разница». В прострации они смотрели вслед верблюду, пока Ранди не хлопнул себя по лбу:

— Вот я дурак! Животина же воду почуяла!

Подхватив девушку под мышки, он одним рывком поднял ее на ноги и для убедительности придал ускорения.

— Давай за ним!

Пробежав по инерции несколько шагов, Ильсана не успела еще прийти в себя, как мощная ручище гиганта схватила ее и потащила за собой. Возмущенная бесцеремонностью варвара принцесса попыталась вырваться, но тот так рявкнул на нее, что она решила не связываться.

Надежда словно возродила Кота к жизни. Он тянул за собой принцессу, стараясь не потерять верблюда из вида, а тот проскользнув в ложбину, завернул за холм и пропал.

— Вот дерьмо! — выругался Ранди и прибавил шагу.