– Почему остановились?! – раздался крик.

Отголоском далекого прошлого всплыло это лицо: Хеннен Востемур, властитель Северного королевства. Седеющие рыжие волосы, тусклая рыжая бородка, водянистые, налитые кровью изумрудные глаза. Сын унаследовал их цвет. На красноватой коже змеились сосуды то ли от частых пиров, то ли от постоянного крика. Щеки Востемура расплылись, тело обрюзгло. Значит, меча он больше в руки не брал, а только приказывал убивать, предпочитая наслаждаться роскошной едой и хорошим вином. Он мог бы показаться безобидным любителем удовольствий, если бы не хищный змеиный взгляд его зеленых глаз. Медленно, оценивающе он скользнул по Хейлу и остановился на Реми.

Это было невыносимо: пока он на нее смотрел, словно тысяча пауков ползала по ее коже, и горячие угли обжигали ее внутренности. Этот король разрушил ее жизнь. Обуреваемый завистью и жаждой власти, он повелел вырезать целый город и сам принял участие в этой резне. И страшные картины его не преследуют – ни дымящаяся кровь, ни крики умирающих, ни дым пожаров. Он отобрал у нее все, что она любила, просто потому что так захотел, потому что это оказалось ему под силу. Это из-за него Реми тринадцать лет пряталась в чужом облике, скиталась по убогим тавернам на краю земли, пугалась незнакомцев, избегала чужих взглядов, ничем не примечательная и неприметная. Все из-за него.

На мгновение у нее мелькнула мысль: не убить ли его сейчас. Может, воспользоваться магией, чтобы он напоролся на свой меч, швырнуть его под колеса собственной кареты? Ее магия постепенно восстанавливалась, она могла ее призвать – и что тогда? Реми потратит магию, но останется дюжина солдат охраны и Ренвик, который будет только рад занять освободившийся трон.

И тут она разглядела на карете знаки. Они были почти незаметны, нанесены той же черной краской, таились в металлических деталях. Какая-то ведьма заговорила карету против колдовства, как комнату в игорном салоне в Ратморе. Магия не поможет Реми, и она только подставит Хейла. Нет, этому не бывать. Она не позволит ему умереть из-за ее жажды мести. Она нашла его, своего суженого. Их судьбы неразрывно связаны. Желание свести счеты с убийцей ее семьи не стоит такой жертвы.

– Смотри, кого я встретил, отец. – Голос Ренвика оборвал ее мысли. – Это Хейл, принц Восточного королевства.

Реми мысленно помолилась, чтобы Ренвик ее не узнал.

– Да, бастард Гедвина, – кивнул Востемур, и Реми подавила рычание. – Сегодня вечером в нашу честь в Андовере устраивают прием. Присоединяйся.

Это не было приглашением – приказом, но Хейл отрицательно качнул головой:

– Я бы с удовольствием принял это приглашение, Ваше Величество, если бы приехал на день раньше. Но мы уже возвращаемся на запад.

Король помолчал, изучая Хейла словно хищник, оценивающий добычу, кобра, готовая нанести удар. Реми боялась, что в любой момент какой-нибудь солдат обнажит меч и бросится на них.

– Жаль, – произнес Востемур, медленно наклонив голову, и обратил змеиные глаза на Реми. – Ты обладаешь даром предвидения, ведьма?

У Реми онемело от страха все тело.

– Нет, Ваше Величество, – ответила она.

Но Востемур протянул ей пухлую руку:

– Давай, предскажи своему королю судьбу, – велел он.

«Cвоему». Он сказал «своему», словно был их королем, единственным. Таков был план, и все это знали. Он не остановится, пока не станет единственным властелином Окрита.

Хейл окаменел, словно мраморная статуя. Девушка знала, что отказаться нельзя. Она нетвердо шагнула к карете, уловив краем глаза, что Ренвик с коварной улыбкой наблюдает за ней. Положив потную руку на ладонь короля, Реми старалась сдержать дрожь.